Книга Тигран. Украду себе жену, страница 53 – Лика П.

— Люблю тебя, моя красавица, – тихо, почти шёпотом прозвучали его слова. И на том конце, за тысячу километров, после фразы мужа Катя вдохнула, словно вбирая в себя признательные слова Тиграна. – Спокойной ночи, – сказал он и завершил разговор.

Тигран стоял ещё с минуту, уперевшись лбом в стекло окна. Все проблемы – инвесторы, счета, на миг отступили. Он забыл о Понамарёве, об этом алчном ублюдке, не умеющем принимать поражения и готовом растоптать всё, что Тигран строил годами. В этот самый момент в его голове был только голос Кати, её любовь, её тепло. Тигран улыбнулся, его глаза потеплели, и он подумал: «За неё я горы сверну».

Но реальность вернулась быстрее, чем ему хотелось бы. Телефон снова завибрировал – Артак. Тигран вздохнул, его плечи напряглись, и в его голос вернулась прежняя холодность.

— Ну и как наши дела? – спросил, возвращаясь к столу.

Артак на том конце был взволнован:

— Всё хорошо, шеф, хакеры молодцы, много чего нарыли…

Утреннее солнце лениво пробивалось сквозь густую листву деревьев, отбрасывая золотистые блики на плитку двора в доме Григорянов. Рузанна суетилась на кухне, напевая любимую мелодию. В доме царила тишина – Азат с Наташей и маленькой Амалией вернулись в Ростов. Тигран всё ещё занимался бизнесом, но обещал скоро уже вернуться. В особняке остались только Катя, её неугомонная бабушка Марья Семёновна, Левон, Рузанна и Седа – тётя Тиграна, чьё присутствие в доме напоминало тёмную тучу в ясный день.

Катя сидела в беседке, обхватив тёплую чашечку с кофе. Она чувствовала себя чужой в этом доме, несмотря на тёплый приём Рузанны и постепенное принятие Левоном. Седа, напротив, была словно стена – её тяжёлый взгляд, полный брезгливости каждый раз, когда она проходила мимо, заставлял Катю напрягаться, а порой и съёживаться. Сегодня ранним утром Седа столкнулась с Катей во дворе. Её грузная фигура двигалась медленно, с какой-то внутренней злостью. Она окинула девушку холодным взглядом, фыркнула, словно рассерженная кошка, и ушла в дом, демонстративно хлопнув дверью. Катя так и осталась стоять на месте, не понимая, чем заслужила такую неприязнь.

— Бабуль, почему она так себя ведёт? – тихо спросила она, повернувшись к Марье Семёновне, которая сидела напротив, нарезая персики с таким видом, будто это была военная операция.

— Да кто ж разберёт эту Седу, – фыркнула бабушка, её голубые глаза сверкнули. – Ходит как грозовая туча, всех пугает. Не трогает тебя – и ладно, а ежели что, – она опасно прожестикулировала ножом, – ты своей бабуле скажи. – И указала на себя тем же ножом. – Я её быстренько приструню. А в остальном не обращай внимания, Катенька, она просто старая ворчливая бабёнка.

Но Катя не могла не обращать внимания. Её любопытство, смешанное с желанием понять, росло с каждым днём. Она вспомнила слова Наташи о том, как Седа вела себя с ней, когда та только вошла в семью Азата – холодно, язвительно, почти жестоко. «Злыми не рождаются… Что-то в ней есть… какая-то боль», – подумала Катя, но вслух ничего не сказала, лишь сильнее сжала ручку миниатюрной кофейной чашки.

— Ох, какие вкусные персики у Левона, ммм… А кстати, ты его не видела?

— Нет, не видела, – отрешённо ответила Катя, уйдя в свои мысли.

— Вот старый жук, уже куда-то умыкнул, – прищурила глаза Марья Семёновна. – Ладно, пойду посмотрю, куда это он подевался. А ты ешь, ешь персики.