Книга Счастливый билет, страница 22 – Юлия Зубарева

Болели плечи после целого дня на солнце, и рубашка оказалась кстати. Надо спускаться и найти водопроводный кран или хотя бы лужу. Хоть каплю воды. В окно стукнул прилетевший камушек. Потом еще один.

— Рапунцель! Скинь косы свои в окошко! Мы пришли тебя спасать!

Вот уж кого сейчас видеть не хотелось, так эту развеселую парочку соблазнителей. Это все они виноваты, что приличная женщина вчера напилась до положения риз, как семинаристка из хора.

— Марин, открывай! Мы сейчас дверь ломать пойдем! Ты там живая вообще?

Кое-как натянув шорты и взяв босоножки в руки, болящая попробовала уйти от этих криков, спрятаться где-нибудь во дворе. С них станется и в окно залезть. Открыв дверь комнаты над гаражом, поняла, что идея была хуже некуда. Железная лестница как раз выходила на боковую стену этой замковой башни, поэтому помимо ослепляющего воспаленные глаза солнца она получила мгновенный тепловой удар от жары и предстала во всей красе перед толпой поклонников своих.

— А говорила, учительница, приличная женщина. Напилась, еще и кобелей за собой притащила, — добавила огонька в адский котел раскаяния и мучений хозяйка дома. Нарисовалась у входной двери, выглядывая, кто там в ворота ломится.

— Помолчали бы, мамаша. Все уплочено. Дама не в форме, все прилично, никто не дебоширит, а вы тут устроили разбор личного дела комсомолки на политсобрании. Отпуск у человека, пусть расслабится хоть разок. Видите, и так плохо, куда еще и добивать взялись. Давай руку, Марин, пойдем тебя лечить. Я такое место знаю, вмиг на ноги поднимут.

Слабо отбивающуюся девушку стащили по железным ступенькам вниз. Пока Димка лаялся с хозяйкой апартаментов, Кирилл вывел несчастную за ворота, помог надеть босоножки и протянул начатую бутылку холодной минеральной воды.

— Как знал, что понадобится. Пошли. Сейчас окунешься в море, потом позавтракаем. Я туда аспирин еще кинул, сейчас отпустит. Димка, хорош собачиться, поехали уже. Опаздывать начинаем.

— Я с вами никуда не поеду, мне плохо. Я вообще больше пить не буду никогда.

— Конечно, поедешь, нельзя тебя с этим цербером оставлять наедине. Она ж мозги выклюет почище орла прометеевского.

— Он печень клевал.

— Вот-вот, печень в нашем деле должна быть целая и непоклеванная. Кир, сходи хоть дверь ее запри, стоит нараспашку. Марин, ключи твои где?

— В сумке. Я лучше сама. Не надо меня провожать.

Поднялась наверх, преодолевая силу земного притяжения. В голове была гора битого стекла, но хотя бы стихли молотки. Алкоголь она больше в рот не возьмет. Хватит с нее такого веселья. Прикладываясь к спасительной минералке, Маринка провела по волосам расческой, кинула в сумку кошелек и паспорт и решила, что помирать так с музыкой. Терять было нечего, она бы сбежала, да уже смысла нет. Можно было бы запереться и страдать в душной комнате, но лучше действительно пойти искупаться. С опозданием в сумку добавился и купальник, что почти высох после вчерашних заплывов.

Страх и стыд перед этими благородными пиратами провалились в черную дыру похмелья. Нет на свете ближе человека, что в великой нужде и жажде подаст холодной минералки с аспирином.

Ожидающее такси стояло с открытой дверью. Димка устроился рядом с водителем, открыл окно и махал приятельнице скорее к ним присоединиться. Кир уже сидел в глубине салона, оставив Маринке место для себя и сумки.