Книга Счастливый билет, страница 6 – Юлия Зубарева

Поезд на Москву отправлялся в два часа ночи с платформы Сухиничи-Главные. Быстро покидала в сумку блокнот, ободранную книжку, телефон, паспорт, кошелек, таблетки от головы, поноса и тошноты и, не раздумывая больше ни секунды, вызвала такси до вокзала.

В 6:20 измученная переживаниями и бессонной ночью Марина ступила на перрон Киевского вокзала. Билеты на самолет успокаивали девушку, что у нее еще до вылета почти четыре часа времени. На улице было оживленно, несмотря на раннее утро. Куда-то в офисы спешили пассажиры первых электричек, ныряя в подземные чертоги метро, автобусные остановки толпились нервными людьми, и одна как тополь на Плющихе Марина свет Борисовна никуда не торопилась. Стояла, пялилась на рассветное небо, вдыхала загазованный воздух столицы, понимая, что все взаправду. Мечты сбываются даже у таких серых и пыльных училок, как она.

Сунулась было в ТЦ прикупить себе чего из одежды, но даже в неспящей Москве в шесть утра магазины еще не работали. Приходите в десять.

— Ну и пожалуйста, — обиделась отпускница и, помахивая своей тощей сумкой, отправилась покупать билет на аэроэкспресс. Хорошо хоть кофе на вокзале можно попить, там круглосуточно народ толпится.

«Дорогой дневник! Я как будто сплю, и просыпаться нет никакого желания. Пять лет не была в Москве. Как институт закончила, вещи от Вадика забрала, так и не ездила ни разу. На площади все перестроили, так хорошо стало. Немного тошнит, и болит голова, но это от недосыпа, наверное. Поеду на двухэтажном экспрессе. Он похож на тот самый лондонский автобус, такой же красный и с двумя этажами. Хватит ли смелости подняться наверх? Я столько всего боюсь, что страхи, похоже, сами себя аннигилируют. Страшно ехать и страшно не ехать. Страшно подумать, что скажут люди, и страшно представить, как буду сожалеть всю оставшуюся жизнь, если отступлю. Страшно летать, вообще в аэропорту ни разу в жизни не была. Очень страшно попасть в неприятности. Никто даже не знает, где я нахожусь, ну, может, кроме Ольги. Скажет ли она матери, если я не появлюсь в сентябре? Страшно, что ограбят по дороге, и очень страшно остаться с неработающей карточкой, но без реальных денег. Кажется, меня уже тошнит заранее. Еще до того, как в самолет села. Купила себе воды и леденцов. Пусть это будет не последняя моя запись».

Аэропорт походил на огромный растревоженный муравейник. Марина вцепилась в свою сумку, судорожно прикидывая, можно ли где-нибудь распечатать билет или хватит того, что он на телефоне сохранился. Отстояв очередь на регистрацию, показала паспорт и штрихкод с телефона. Уфф. Все сработало. Чувствовала себя немножко мошенницей. А если бы она данные подделала, прошло бы? Вера в бумажки за 5 лет преподавания настолько прочно укоренилась в голове, что любой электронный аналог казался ненастоящим, как минимум.

В чистой зоне сонные пассажиры ждали своих рейсов у входов. Маринкин рейс ещё даже на табло не высвечивался. Присела на скамейку и задремала, чутко вскидываясь на любое объявление. Накатывало какое-то сонное безразличие. Такая встряска в ее скучной жизни была, наверное, впервые. Вот и не справлялся организм. Есть не хотелось. Цены на кофе в аэропорту были заоблачными, воду пришлось выложить на досмотре. В мыслях были разброд и шатание. Стоило ли все бросать и рваться на море? Ну была мечта, пусть бы и оставалась просто мечтой.