Книга Во сне и наяву, страница 56 – Юлия Зубарева

— Кхм.

— Простите, опять не то говорю. Работа в сугубо мужском коллективе накладывает свой отпечаток. Говорите, как ваша деревня называется, и поехали.

— Маурино. После кладбища налево.

Большая машина легко встроилась в городской поток и, почти не нарушая его, несла своих пассажиров сквозь московские пробки.

— Лиза, если вы не против, расскажите еще раз ваш сон. Максимально подробно. Завтра у меня свободный день, решил прокатиться по адресам.

— Вы все-таки решили мне поверить, — улыбнулась она.

— Для начала проверить ваш источник информации. Давайте начнем.

Он включил диктофон на телефоне и полтора часа мучил бедную женщину уточняющими вопросами.

— Вениамин, я, правда, не помню, был ли флюгер и сколько черепиц от края окна до конька. И какого цвета дорожка тоже можете меня не спрашивать третий раз, — взмолилась Лизавета. — Вы невозможный тип. Заманили в машину, взяли в заложники мои вещи и пытаете всю дорогу. Давайте, лучше я вас в сон проведу и Ольгу покажу. Хотите?

Машина резко притормозила. Юрист посмотрел на Лизу странным взглядом и сказал:

— А знаете, хочу. Я за эти три дня перестал верить в логику и технический прогресс. Не может человек в центре Москвы не попасть на камеры, а, между тем, нет ни одной зацепки. Я уже готов к вашим шаманским обрядам и куриным косточкам. Что нужно делать?

— Ничего, — Лизавета чувствовала себя отомщенной за эти полтора часа инквизиторского допроса. — Одолжите мне вашу зажигалку на время.

Еще в квартире она приметила, как Вениамин — заядлый курильщик — крутил в руках смешную желтую зажигалку с наклеенной уткой, раздумывая потерпеть или попроситься на лестничную клетку для перекура. Эта вещица настолько не вязалась с образом сурового юриста, что было бы странно, если бы Лиза вспомнила что-то другое.

— Да, пожалуйста, на сдачу дали, так и катается со мной. Что я должен делать? Есть какие-то инструкции, требования или обряд, ритуал?

— Просто ложитесь спать вечером, не засиживайтесь до поздна, мне завтра тоже рано вставать. У меня тоже дела и хозяйство. Вот коза, например, родила, а я полиции работать мешаю.

Лизе было забавно наблюдать, как строгий и рациональный Вениамин нырнул в эту авантюру, как в воду с головой. Подумала, что опять кому-то взялась доказывать, что не шарлатанка. Пора бы уже успокоиться и жить, как живется. Хотя идея затащить реально опытного сыскного товарища на место преступления, в сон Ольги, нравилась ей все больше и больше.

— Договорились, — ответил подопытный и больше не проронил ни слова.

Тихая заброшенная Лизаветина улочка из трех домов преобразилась до неузнаваемости. У остатков забора стоял потрепанный жизнью «Рафик» с открытыми дверцами. Рядом притулилась знакомая «Нива» зоотехника и подержанная иномарка Виталика-оператора. Во дворе надрывалась бензопила и бешено лаяла собака.

Припарковавшись, Вениамин вытащил Лизины сумки и коробки с техникой и сказал — Показывайте куда нести.

— Дед Василь! — закричала Елизавета, стараясь переорать бешеную какофонию во дворе. На нее даже внимание никто не обратил. Только крупный пес, лобастый в колтунах и с шикарным хвостом, повернул голову, махнул своим опахалом и продолжил с подвываниями аккомпанировать мужикам, что нападали на поверженного березового колосса. Рядом уже валялись длинные и короткие бревна, чурбаки. Кто-то, стоя спиной к хозяйке, снимал бересту с поленьев и складывал в отдельную кучу. Вспомнилась картинка «Разделка мамонта в первобытном племени» из какого-то научно-популярного журнала. Не хватало только костра и женщин в шкурах с детьми.