Книга Мой темный принц, страница 42 – Паркер С. Хантингтон, Л. Дж. Шэн

— Пожалуй, координатор интимных сцен – логичный выбор. Наверняка все из-за практики, которую я нарабатываю с тобой, да?

Мой член с непревзойденным энтузиазмом поздоровался с ширинкой. Да и как его упрекнешь. Голова есть, а глаз нет. Как иначе ему оценить ситуацию?

— Практика – путь к совершенству. – Я прокашлялся, думая о том, что доктор Коэн, можно сказать, держал меня за яйца, чтобы я не развеивал ее иллюзии. – А мы с тобой перфекционисты, Обнимашка.

— Когда мы поедем домой?

— Тебя хотят оставить под наблюдением еще на двое суток.

Она выдавила робкую улыбку.

— Разве не странно, что я скучаю по нашему дому, хотя ничего о нем не помню?

Одно я знал наверняка: Брайар не помнила мой косяк королевских масштабов.

Я провел большим пальцем по ее щеке, призвав всю силу воли, чтобы не наклониться и не поцеловать ее. Это было бы неправильно. Аморально.

Обычно меня не волновала такая досадная мелочь, как моральные принципы. Ценности формирует опыт, а не разум, и мой жизненный опыт выдался паршивым.

Но я хотел поступить правильно по отношению к Брайар.

Я уже и так много раз обходился с ней несправедливо.

— Вовсе нет. – Я снова сжал ее руку, зная, что рою себе яму перед девушкой, которая всегда мечтала только о доме. – У нас шикарный дом.

— А питомцы есть?

— Две собаки. Трио и Старикан.

Она поморщилась.

— Ты выбирал клички?

— Они уже попали к нам с кличками.

— Какой они породы?

— Да всех разом. – Я пожал плечами. – Оба пса из приюта, слишком нелюдимые и потрепанные, чтобы их кто-то приютил, поэтому нам пришлось их забрать. У Трио три лапы и полное неуважение к чужому личному пространству. Старикану уже семнадцать, но он все еще держится. Он меньше, весит килограммов тринадцать, так что мы надеемся провести с ним еще пару хороших лет.

— Ну, конечно, мы взяли их из приюта. – Брайар прикусила нижнюю губу, чтобы сдержать улыбку. – Мы хорошие люди, Олли?

— Ты замечательная. А я угроза для общества, но мы уравновешиваем друг друга.

Она рассмеялась.

— Уверена, они безобразные и вместе с тем очаровательные.

— Страшные, как черт-те что, – подтвердил я, доставая телефон из кармана. – Давай покажу.

— Хорошая мысль. Вдруг освежит мою память.

Я знал, что не освежит, потому что она ни разу их не видела, но все же показал собак и стал наблюдать, как Брайар воркует, смеется и плачет над видео, в которых они вытворяют дурацкую собачью ерунду.

Как я мог привести ее в свой дом?

Там жил кое-кто еще.

Тот, кто не любил делиться.

Кто уже пятнадцать лет не принимал гостей.

Будь у меня голова на плечах, я бы все это пресек. Но вместо этого вознамерился отвезти ее в дом, в котором она никогда не бывала и где нет ни ее вещей, ни доказательств нашей помолвки.

Ни фотографий, ни отпусков, ни воспоминаний – ничего.

Пятнадцать лет назад я вычеркнул ее из своей жизни и начал с чистого листа.

Вернее, по большей части.

Лучше не будем поднимать тему предстоящей свадьбы.

Я испытывал нездоровое отвращение к моногамии. Я не был против брака как такового. Даже видел некоторые его преимущества в экономическом и социальном плане. Но мне хватит ума не жениться на той, кто мне правда нравится.

Я каждый день наблюдал, как жены выгуливали по Потомаку Ромео и Зака, двоих самых властных мужчин в правлении, как породистых пуделей.