Книга Виннипегская Cтена и я, страница 129 – Мариана Запата

— Ничего.

— Ничего?

— Да.

— Рассказала матери?

— Конечно. Меня заперли в ее шкафу. Я описалась. Ей пришлось менять ковер из-за вони.

И я воняла. Руки были разбиты от стука в дверь, голос охрип от криков – я умоляла сестер выпустить, включить свет… безрезультатно. Я так и не узнала, чем они занимались те два дня, да и не волновало.

Нельзя оставлять маленьких детей одних так долго.

Его грудь за моей спиной тяжело вздымалась.

— Она их наказала?

Мне захотелось провалиться сквозь землю. Его тон растягивал края раны под названием «мое детство». Я почувствовала себя маленькой.

— Нет. Наорала и все. После этого она была дома месяц-два – тогда она в основном была трезвой. Я спала с ней каждую ночь. Потом перебралась к брату.

И начала запирать дверь спальни.

Его пальцы бессознательно массировали мои колени, пока он тяжело дышал.

— Мне приходится спать со светом, – призналась я, чувствуя, как вздымается его грудь. Глупо, черт возьми. – Не знаю, зачем рассказала. Не смейся надо мной.

Пауза.

— Не буду, – легко пообещал он. – Я всегда удивлялся, почему у тебя столько светильников в квартире и комнате.

Я знала, что он заметил.

— Только не говори Заку. Не хочу, чтобы он решил спрятаться под кроватью и напугать меня до смерти.

— Не скажу.

Его ладони накрыли мои колени. Я оказалась в кольце его рук. Его дыхание было глубоким, но неровным.

— Нет ничего глупого в том, что ты испугалась. Стыдиться нечего. Это им должно быть стыдно.

Я могла только кивнуть. Еще один хриплый вздох вырвался из груди. С закрытыми глазами я коснулась кожи подле его колена.

— Спасибо, что помог успокоиться. Со мной такого давно не было.

— Все в порядке, – пробормотал он.

Я держала руку на его ноге, касаясь темных волос. Мое дыхание было громким, сердце колотилось, а он дышал почти неслышно. Я сосредоточилась на его вдохах и выдохах.

— Вот отстой, – пробормотала женщина в лифте.

И правда. Отстой.

Минуты текли в тишине. Я расслабилась, откинувшись на его грудь. В его объятиях было уютно, как в колыбели. Его ровное дыхание убаюкивало.

Лифт дернулся. Лампочки мигнули, и загорелся свет. Женщина взвизгнула, но я не испугалась. Меня волновал только свет.

И тут, пока все опять не погрузилось во тьму, я наконец увидела, как я сидела на Эйдене. Две длинные мускулистые ноги окружали меня, так что колени были гораздо выше, чем мои. Тяжелые трицепсы, как телохранители, охватывали мои руки. Огромными кистями он слегка придерживал мои бедра, и именно это заставило меня что-то почувствовать.

Он обнимал меня. Не важно почему и зачем, Эйден обнимал меня. Окружал меня.

Запрокинув голову назад, я проглотила этот узел, двигавшийся от моего желудка к горлу, и я послала Эйдену нервную и слегка робкую улыбку через плечо. Но когда я увидела лицо Эйдена, такое серьезное… такое чертовски серьезное, моя улыбка тут же исчезла.

Лифт дернулся еще раз, и почти сразу зазвонил телефон на стене.

Эйден легко постучал по моему колену, приподнял меня и пересадил в сторону, будто я вообще ничего не весила – а ведь я далеко не пушинка. Он встал и потянулся к стене, чтобы снять телефон с подставки. При этом его взгляд скользнул по мне, до того серьезный, что я задумалась, не натворила ли чего-нибудь.

— Да… Самое время… Да.

Он повесил трубку. Не исключено, что прямо посреди разговора.