Книга Виннипегская Cтена и я, страница 208 – Мариана Запата

— Вэн, это… – он наклонился ближе к рисунку. – Это потрясающе. Тебе за это платят?

— Да. – Я посмотрела на Медузу еще раз и признала, что это и правда было потрясающе. – Я знаю парня из Остина, который бьет тату. Иногда его просят сделать что-нибудь в стиле, в котором он не силен, и если никто из тех, с кем он работает, не может, то он обращается ко мне. Я неплохо владею карандашом, – я бросила взгляд на Эйдена и улыбнулась. – Мои акварели тоже не слишком плохи. У меня много талантов.

Впрочем, когда меня просят написать портрет, я прикидываюсь мертвой, лишь бы не признаваться, что лица у меня не получаются.

— Я никогда особо не задумывался о тату, но, возможно, я подумаю о том, чтобы попросить тебя ее нарисовать, – ответил он рассеянно.

— Я могу сварганить для тебя неплохого клоуна. Только попроси, – пошутила я, придвигая рисунок к себе.

На губах у Эйдена заиграла широкая красивая улыбка, которая рвала мою душу пополам.

— Мы впятером хотим поужинать в ресторане. Пойдем с нами, отдохнешь.

Мне не нужно было лишний раз смотреть на эскиз, чтобы понять, что я работала над ним столько, сколько могла. Когда я рисовала, и я убедилась в этом на горьком опыте, мне нужно было видеть предел, иначе все могло пойти под откос. И я, вероятно, уже достигла этого состояния пятнадцать минут назад, когда мои пальцы начало сводить судорогой.

— Ладно. – Я потянулась к ящику стола, в котором лежала коробка для карандашей. – Дай мне десять минут, чтобы одеться.

Эйден кивнул.

Я видела, как Эйден был одет, и прекрасно понимала, что он ни за что не пойдет в такое место, куда нужно надевать костюм, а потому остановилась на паре обтягивающих джинсов, которые я высушила при высокой температуре, чтобы они все еще хорошо сидели, красной блузке с V‐образным вырезом и коротким рукавом и черных туфлях на каблуке, которые в последний раз надевала на выход несколько месяцев назад.

Неудивительно, что все ребята уже ждали внизу. Я знала, что они собирались уехать на следующий день. По лестнице я спускалась с трудом, ступенька за ступенькой, и морщилась от боли на каждом шаге. После вчерашней пробежки у меня болели даже те мышцы, о которых я раньше не подозревала. На мгновение мне показалось, что я подхватила какой-то вирус, но я отбросила эту мысль подальше.

Первым меня заметил Зак, и на его лице появилась глупейшая ухмылка.

— Ничего не говори, – предупредила я его.

В ответ он лишь рассмеялся.

Пожалуй, мне стоило надеть кроссовки, а не туфли.

— Я бы прокатил тебя до машины на спине, но сам хожу с трудом, – сказал он в свое оправдание, когда я застонала у подножия лестницы.

В шутку я улыбнулась Эйдену, который стоял рядом с Заком, и похлопала ресницами.

Но Виннипегская Стена остался верен себе и просто покачал головой.

— Хватит дурачиться. Иначе завтра тебе будет только хуже.

Вот же сукин сын. Я фыркнула, наблюдая, как его лицо медленно приняло неуверенное выражение, и затем расхохоталась, хлопая Зака по плечу, чтобы мне было на что опереться.

Знала ли я, что Эйден говорил правду? Разумеется. Я уже попыталась сделать растяжку и заплакала. Мне нечего стыдиться.

Но… разве он не был моим рыцарем в сияющих доспехах, который будет носить меня на руках, чтобы избавить от этих мучений?

Какое там. Эйден скажет мне делать так, как лучше для меня, даже если это охренеть как больно.