Книга Прятки в темноте, страница 86 – Элен Боннет

Артём кивает на мой телефон, чтобы я проверил по программе местонахождение Снежки. Но я могу и не смотреть, потому что и так знаю. Ещё до прихода друга уже всё разведал.

— У себя дома она. – Провожу ладонями по уставшим глазам. Ужасно хочу спать. Вот только знаю, что когда лягу в кровать, вряд ли смогу заснуть. А если соглашусь с планом Артёма, то тем более будет не до сна.

— Оденься нормально и поехали, жду в машине. Верни её уже, пока Илюха не придумал план похищения. Сомневаюсь, что Тимур нас сможет отмазать после такого.

Друг усмехается, и в его улыбке явно читается огонь предвкушения. Даже не сомневаюсь, что его брат может придумать какую-нибудь дичь. Но только что делать, когда прилечу в Мурманск? Снова попытаться поговорить или на этот раз действовать по-другому?

На разработку плана у меня есть три часа, а значит, нужно успеть придумать что-то необычное.

Прости, Снежка, но я не дам тебе обо мне забыть.

Саша

27 января 2025 года

Наверное, странно стоять пятнадцать минут у двери в собственную квартиру и не решаться зайти. Переминаюсь с ноги на ногу, голова готова взорваться от переизбытка мыслей. Мой эмоциональный диапазон, конечно, больше, чем у булыжника, но то, что свалилось за первый месяц года, – явный перебор. Сначала неожиданное знакомство, водоворот чувств, разочарование, а теперь постоянные напоминания от Богдана о его симпатии. Всё бы ничего, если бы этот упрямый хоккеист остановился на бесконечном потоке сообщений.

Вот только для него этого оказалось мало.

Две недели назад, когда вернулась с учёбы, я в прямом смысле слова чуть не пробила челюстью пол. Уставшая после длительных и нудных лекций, прошла в свою комнату, чтобы переодеться и принять душ. Но стоило перешагнуть порог, как озноб пробежал по позвоночнику.

Весь пол был уставлен букетами из ромашек. Пространство напоминало белое облако из цветов. Нет, не спорю, получилось очень красиво и романтично. Но это же значит, что Богдан использовал ключ, который я давала Артёму, и проник внутрь, пока мы с Ангелиной учились. Хотя в это время он должен был быть в Москве.

Подруга, когда увидела сюрприз моего сталкера, охала, пыхтела, что от Лёшки и цветочка не дождёшься. Но когда я сказала, что он дарил ей букет буквально на днях, Ангелина отмахнулась и принялась фотографироваться с морем из ромашек.

Почему у меня теперь постоянно ощущение, что вокруг снова затевается какой-то заговор? Как опять начать доверять людям и перестать накручивать себя? Наверное, должно пройти какое-то время, чтобы всё улеглось. И если Богдан хочет добиться моего прощения, пусть даст немного передохнуть.

Среди цветов лежала записка:

«Здесь тысяча ромашек. Столько же раз хочу тебя поцеловать, когда вернусь. P. S. Тигр передаёт привет. Пленный счастлив и уже обнаглел».

Даже спустя время я вспоминаю послание, выведенное аккуратным округлым почерком, не свойственным для мальчишек. Обычно их каракули не разберёшь. Вот как можно обижаться на Богдана, когда он постоянно что-то такое выкидывает, от чего моё израненное сердце вновь начинает учащённо биться? Меня тянет к нему, даже на расстоянии ощущаю непреодолимый магнетизм, но внутренний голос твердит, чтобы я не торопилась. В прошлый раз, когда мы с бешеной скоростью неслись навстречу друг другу, ничем хорошим это не закончилось. Если мы всё же решимся попытаться второй раз, мне хочется делать более аккуратные шаги для сближения, насладиться каждым мгновением. А не бросаться в омут с головой.