Книга Счастье для Bеры, страница 84 – Галина Перун

Они прошли в кухню, и Елена Игоревна поставила на плиту чайник. Несмотря на открытую балконную дверь и форточку, в воздухе пахло лекарствами. Несколько минут они просто молчали. Лера терпеливо ждала, выдерживая на себе строгий взгляд бывшей свекрови. Говорить первой она не решалась, но чувствовала, что ту так и подпирает с ней поделиться.

Закипел чайник, и Елена Игоревна первая нарушила молчание:

— Тебе кофе или чай?

— Зеленый, если можно, — попросила Лера.

— Надо же, — хмыкнула женщина, и ее тонкие брови удивленно взлетели. — Меняешь свои привычки? Помнится мне, раньше только кофе пила.

— Жизнь меняет людей, — вздохнула Лера, напуская на себя маску серьезности.

— И не говори, еще как меняет. Из тихих пескарей получаются настоящие акулы! — Елена Игоревна со злостью отодвинула стул и села напротив. — Кто бы мог подумать!

— Это вы о чем?

— О нынешней невестке, будь она неладна! Даже имени ее не хочу произносить в этом доме! Ребенка на тот свет отправила из-за своей беспечности, так еще и на других хочет вину переложить. Руки распускает, подумать только! Да на кого! Знаешь, что она мне сделала? Вот, посмотри! — Неожиданно Елена Игоревна вскочила с места и, распахнув верхние пуговицы платья, выставила напоказ шею с багровыми ссадинами и кровоподтеками.

— Ни фига с… — вскочила со стула ошарашенная Лера. — Она что, душила вас?

— Душила! — коротко бросила Елена Игоревна и вернулась на место, прикрыв рукой шею.

Отхлебнув горячего чаю, она немного обожглась. Внутри нее все кипело, ей хотелось поделиться случившимся, не держать это в себе.

— Вцепилась в меня так, что невозможно было оторвать, пока успокоительное не вкололи.

— Есть же, наверное, этому какое-то объяснение? Она что, психопатка? — оживилась Лера в предвкушении неожиданной истории с тихоней Верой.

— Вначале казалась такой милой, а потом ее будто подменили. Может, из-за того, что ее лишили возможности рожать детей. В общем, Вера не доверяла девочку никому. Я, бабушка, не имела возможности со своей внучкой остаться наедине. Какая-то болезненная чрезмерная заботливость! Бедная моя малышка, как же так? Как можно было не усмотреть ребенка, чтобы он проглотил батарейку! Вот как?

От последних слов Лера онемела, она больше не слушала Елену Игоревну. Больно сдавило виски. Она боялась встретиться с бывшей свекровью глазами и ждала, пока та выговорится.

— А это точно из-за батарейки? — все же отважилась переспросить Лера.

— Да, хирурги извлек ай ее во время операции. Елена Игоревна заплакала. — Мы с Павлом решили, что это батарейка из игрушки, которую он недавно купил. Потому что в ней стояли именно такие «таблетки». И игрушку мы эту не нашли. Будто специально ее куда спрятали.

Как только представился удобный момент, Лера попрощалась и убежала. Проехав на метро несколько станций, вышла на «Парке Челюскинцев».

Оказавшись наедине с собой, расплакалась: «Неужели я виновата в смерти Златы? Конечно же, это та самая батарейка! Ведь ребенок при мне взял ее в рот. Как несправедлив мир! В чем виновата эта малышка?! Она была так похожа на Пашу…»

Впереди прогуливались две девушки школьного возраста. На соседней дорожке слышались басистые мужские голоса и лай собаки. Не раздумывая, Лера сняла часы и бросила их в кустарник — там им самое место.