Книга Ребенок от предателя, страница 64 – Ксения Богда

Я могу рассмотреть каждую щетинку на его щеке. И я разглядываю.

Вместо того чтобы бежать от него, отдалиться на безопасное расстояние, я во все глаза разглядываю его щеку и губы. Вспоминаю его поцелуи. Как он любил пробегаться пальцами по моей руке.

Как сейчас…

Леша медленно проводит по моей обнаженной руке кончиками пальцев, и волоски встают дыбом, а он усмехается.

— Наверное, потому что меня к тебе тянет.

Испуганно моргаю и мотаю головой.

— Не надо, Леш, – настолько тихо, что сама себя не слышу.

— Знаю, но не получается у меня от тебя подальше держаться, Ник. Никак вообще…

И вот в следующий мой вдох его пальцы зарываются в мои волосы, и он притягивает меня к себе. Губы… его губы сталкиваются с моими, а я медленно погибаю от этого поцелуя.

Дыхание перехватывает, а я на автомате цепляюсь за его пиджак, чтобы не рухнуть. Мычу и отскакиваю.

— Не делай так больше, – мотаю головой.

— Прости, – щиплет себя за переносицу, – прости. Я идиот, который не может справиться с собой и со своими порывами.

Непрерывно облизываю губы и пытаюсь выровнять дыхание. Про пульс и подумать страшно. Думаю, сердце выдает сейчас не меньше двухсот ударов в минуту. И мне хочется убежать, чтобы не испытывать этой обреченности, от того, что мы с Лешей в прошлом. Чтобы меня не пронзали мысли, что ничего не вернуть. Хочу спрятаться от той боли, которая сейчас заползает в грудь и уютно там располагается.

Ищу взглядом сына, чтобы свалить подальше от бывшего. Губы горят от мимолетного прикосновения. Ноги не держат, руки трясутся, сердце молотом колотит.

— Привет, Лешка, – за спиной раздается веселый голос сестры.

— Привет, Кира, – будничным тоном отвечает Леша и застывает.

Да мы все застываем. Сестра так вообще бледнеет и смотрит на меня таким взглядом, словно я прямо сейчас потащу её на расстрел. Но… да, она недалека от истины. Я готова!

Но взгляд Леши медленно возвращается ко мне, и он прищуривается. И я понимаю по этому взгляду, что что-то изменилось…

— Значит, только одно свидание, моя прекрасная?

Глотаю воздух и чуть ли не захлебываюсь им. Смотрю в заострившееся лицо, пока меня окатывает ледяной волной паники.

Он вспомнил…

— Что ты молчишь?

Кажется, Кира сбоку от меня сглатывает слюну и бочком решает свалить.

— Я за Кирюхой присмотрю, – неуверенно пищит сестра и сматывается.

Предательница! Хотя я бы тоже не против просто взять и сбежать.

Бросает меня наедине с Лешей. И самое страшное – я не понимаю по его лицу, чего мне ждать. Он злится, иначе желваки бы так не ходили ходуном. Но есть что-то ещё. Горечь, от которой сейчас он так кривит губы. Растирает висок, морщится.

— Больно? – мне удается разлепить ссохшиеся губы.

— Как ты могла? – низкий голос проходит острием по натянутым нервам.

Леша усмехается, но совсем не весело.

— А что мне нужно было делать?! – меня взрывает, повышаю голос.

Не собираюсь терпеть от него упреков и обвинений.

— Что? – шипит и прищуривает потемневшие глаза, делая шаг ко мне, притесняя меня к дереву. – Что, мать его? Сказать! Хотя бы то, что у меня сын растет!

Срывается на крик.

Тыкает в сторону Кирилла и Киры, которые возятся с щенком. Если Кирюшка даже не догадывается о том, какая сейчас буря над нашими с Лешей головами, то Кира постоянно косится в нашу сторону. Готовая броситься на помощь мне, если что-то пойдет не так.