Книга Ребенок от предателя, страница 73 – Ксения Богда

— Мне жена твоя сказала, что ты потерял память два года назад, – голос слабеет.

Прикрываю рот ладонью и испуганно смотрю, как темнеет лицо Леши.

— Значит, она приходила к тебе без моего ведома?

Неуверенно киваю и сама себя одергиваю. С чего вдруг мне чувствовать неуверенность? Это не я обманывала столько времени других людей.

Не я скрывала правду от мужа…

Прикрываю глаза. Нужно просто сделать это… сказать Леше всю правду и покончить с этим замкнутым кругом. Невозможно молчать. Голова кипит от всех перемен…

— Да, приходила и сказала, что тебе нельзя волноваться, а мой рассказ как раз может вызвать волнение и головные боли. В общем, своими признаниями я могла тебе навредить, Леш, – закусываю губу.

Утыкаюсь глазами в матовый серый стол, который стоит у окна моего кабинета. Боюсь смотреть на Лешу. Тишина эта гнетущая на нервы давит и дышать не дает нормально.

— Поня-я-я-я-ятно, – выдыхает с шумом.

А мне хоть пятый угол ищи. Я даже делаю шаг в сторону одного из углов. Такой бред… я боюсь своего мужчину. Точнее, не своего уже, конечно. Но мы с ним многое прошли, до того, как он забыл.

В поле зрения появляются его ноги, и я резко вдыхаю. Ноздри наполняет его аромат. Медленно поднимаю глаза и тону в голубых омутах.

— Кажется, нас жестко развели, – тихий голос Леши окутывает, словно пуховое одеяло.

— Развели, – повторяю за ним, – это точно. У тебя что-то было с этой Вероникой, Леш? До того, как ты уехал в ту командировку.

Леша хмурится, на его лицо набегает нехорошая тень.

— А был повод так думать про меня?

Мотаю головой.

— Это не ответ, Леш. Мы же сейчас не связаны отношениями, и я могу рассчитывать на честность.

Он притесняет меня к стене. Ставит руку рядом с головой. Приближает лицо.

— Нас связывает сын. И разошлись мы не по доброй воле, если уж быть до конца честными. Я уж точно не собирался уходить от вас, – говорит так вкрадчиво, и по коже рассыпаются мурашки, – и на других я не смотрел никогда. Ни разу за те года, пока мы были вместе, Ник.

Прямой взгляд в мои глаза. Сжатый кулак, и скулы заострены. И я верю… как идиотка верю каждому его слову.

— Я поняла, Леш, – по инерции сжимаю его рубашку в кулак, и он тут же опускает на мою руку взгляд.

Усмехается. Я собираюсь одернуть себя, но Леша перехватывает меня за запястье. Наклоняется ещё ближе, почти губ касается.

А мне страшно дышать. Боюсь, что он развеется как виденье и я останусь тут одна. Или проснусь в своей кровати в одиночестве и пойму, что все было сном… Леша не вспоминал и не приходил.

— Дай мне разобраться с браком. Я уже тебе говорил, что там все сложно и этот брак давно ничего не значит для меня.

— Почему? – зачем-то спрашиваю.

Леша прищуривает холодные глаза. Всматривается в мое лицо, будто ищет там какие-то ответы, на только ему известные вопросы.

Сглатываю.

— Почему ничего не значит? Значит, значил когда-то?

Эти вопросы причиняют мне боль. Но я не прощу саму себя, если не узнаю все до конца. Я не хочу лезть в чужую семью. Не хочу, чтобы из-за меня Леша бросал беременную жену.

Леша вздыхает, прикрывает глаза на секунду и тут же их распахивает.

— Первое время было все похоже на настоящую семью. И я поверил, что моя жена именно та Вероника, про которую я вспомнил в палате. Расслабился, дал себе возможность жить и выбираться из того подвешенного состояния, которое было из-за провала в памяти. Вероника мне многое рассказывала, и благодаря ей я вернулся в дело довольно быстро, потому что она знала про последние сделки, про которые я благополучно забыл.