Онлайн книга «Турецкая (не)сказка для русской Золушки»
|
И снова наши взгляды встречаются. — У меня не так много времени, но… судя по всему, твое положение нужно обсудить. Мы все знаем, почему ты тут… — Да… я как раз думала поговорить с юристом и… — Нет смысла ни в каком юристе, Мария, — он протягивает мне заверенный нотариальный перевод завещания деда, — вот наследство деда. Там ни слова о тебе. К нему прилагаются купчие. Все отели в Турции, которые он имел в собственности с твоим отцом, были с выкупленной у него еще полгода назад долей. Это значит, что на момент смерти Кравцова у него не было недвижимого имущества в нашей стране, а деньги за свою часть он получил и переправил в Россию раньше. — То есть… — я сипну. Сипну и проваливаюсь в бездну… — В том смысле, что в Турции тебе не на что претендовать, Мария… Я обескураженно молчу. Чувствую на себе злорадные темные взгляды. Я в ужасе, ужасе… — Я передам тебе документы и телефон адвоката. Ты спокойно можешь с ним пообщаться, все прочитать и изучить, если есть сомнения по поводу моих слов… Он неплохо говорит на английском, но… раз уж на то пошло, мой тебе совет — начинать говорить на турецком. Больше под тебя никто подстраиваться тут не будет. Ты прислуга и ты будешь подстраиваться… — В смысле? — подняла на него взгляд недоумения, услышав позади сдавленный смешок. Наверное, мои щеки сейчас были красными… Горели они уж точно так, словно бы их поджарили на костре… — Мой дед мертв, Мария. Все ваши договоренности и его поблажки в отношении тебя умерли вместе с ним, — произносит Кемаль после паузы. Четко. Хладнокровно. Испепеляя меня своим черным взглядом, — Теперь я во главе холдинга. И в отличие от него, я не питаю сентиментальности к России и благотворительностью не занимаюсь. Раз уж ты теперь живешь за счет моей семьи, придется работать. Будешь горничной в моем головном отеле! В смысле, здесь, где живет семья. К работе можешь приступать прямо сегодня. Тебе принесут униформу. И не надо так смотреть. Это справедливая сделка. С честной зарплатой. Мы не собираемся тебя эксплуатировать как рабыню. Работа — вознаграждение. На жалование можешь учиться и заниматься всем, чем захочешь в пределах допустимого, ибо у всех сотрудников нашей сети есть определенные обязательства и правила поведения. С ними ты тоже ознакомишься. Юридический отдел составит типичный договор и подпишет его с тобой как с наемной рабочей силой. Все честно. Это даст тебе защиту от твоих недругов в России, поможет стать невидимой и… будет справедливо в части того, что за все нужно платить… Последняя его проклятая фраза — явно шире по значению… Урод мстит мне. Указывает на мое место. Он ничего не забыл. Ни одной нашей стычки. Ни одного моего отказа. Он одержимый ублюдок. Злопамятный и подлый… Я слышу злобные смешки его сестры, матери и невесты. Три мымры смотрят на меня так, как на Золушку в до боли известной сказке. Недоброй сказке… Я сижу перед ним, словно бы оглушенная… Как⁈ Как так могло произойти⁈ Еще три месяца я была дочерью российского миллионера… А теперь я игрушка в руках его наследника. Я как мышка для кота… Его улыбка сейчас — обещание мести и предвкушение того, что он сделает с беззащитной сиротой, которая осмелилась не один раз сказать ему нет… Во что превратилась моя жизнь⁈ Очередная сказка о русской Золушке в Турции? Как говорит этот мерзавец, Пепелине? Только Пепелина тоже в конечном итоге обрела счастье, а мне никто не обещает, что добро в ней победит… |