Книга Двойня для чайлдфри, страница 83 – Ольга Кобзева

— Викуль, ты только не горячись, — напоследок попросила она. — Постарайся его понять. Мы все разные, нужно уметь подстраиваться.

— Ты за кого вообще? — возмутилась вполне серьезно.

— Я за своих внуков! — отрезала мама.

Над головой вновь раздался визг звонка. Не торопясь отомкнула и распахнула дверь.

— За чемоданом? — выпалила вместо приветствия.

— Здравствуй, Вика. Рад тебя видеть.

Вадим протиснулся мимо меня. Сегодня он приволок новый букет. От улыбки удержаться не смогла, когда увидела, что это за цветы. Ромашки.

— Где ты нашел их в январе? — от такого букета отказаться я просто не смогла.

С удовольствием втянула горьковатый запах, даже глаза прикрыла от наслаждения. Утащила цветы в спальню. Пусть не думает, что это капитуляция, никак нет! Просто грех такую красоту в прихожей бросать.

Устроила ромашки в вазочке, полюбовалась еще немного, а тут и духовка пропиликала. Из ванной доносился шум льющейся воды. Достала мясо, прикрыла пока фольгой, пусть отдохнет. А сама принялась за овощной салатик. Нарезала, заправила, поставила на стол. Следом отправились две тарелки, приборы.

— Пахнет превосходно! — заявил Вадим. Он успел переодеться, волосы влажные после душа. Подошел ближе и робко заглянул в глаза. — Можно тебя обнять?

— Детей помнешь! — отрезала строго.

— Я осторожно, — и все-таки притянул к себе. Дала нам обоим лишь полминутки, а потом отстранилась.

— Долго ты собираешься у меня квартировать? — строго спросила, стоило нам усесться за стол.

— Завтра утром самолет, — неохотно откликнулся Вадим. — Мясо замечательное, — между делом похвалил он. — Переезжай ко мне, а?

— Нет, — усмехнулась. — И если раньше я сомневалась, то теперь ответ однозначный. И маме своей передай, что моих детей ей не видать!

— Она их бабушка, — отложил приборы Вадим.

— Нет. Как раз она им никто. Первая наша встреча прошла, мягко говоря, не очень дружелюбно и, поверь, не по моей вине. А уж ее явление ко мне на работу и вовсе.

— Как ты представляешь нашу дальнейшую жизнь? — осторожно поинтересовался Ардашев.

— Нашу? Совместную? Никак! О чем ты вообще? Я собираюсь работать до родов или сколько смогу. Потом возьму небольшой отпуск, в это время с мамой максимально подстроим графики, чтобы я могла работать. Не переживай, не пропаду. У меня мировые родители, которые поддержали меня сразу же, только узнав о том, что я беременна. Когда я лежала в больнице в Москве после того, как твой друг детства меня отравил, мама примчалась ко мне первым же рейсом, чтобы я не чувствовала себя такой одинокой и никому не нужной. Помогала во всем, поддерживала, даже с тобой пыталась связаться. Один раз удалось…

— Не вспоминай, пожалуйста, — поморщился Вадим.

— Тебе проще, наверное. Прикольно, видимо, решать проблемы при помощи алкоголя. А я вот старомодная, предпочитаю обсуждать, разговаривать.

Вадим смотрел на меня глазами побитой собаки.

— Мне жаль, что я не был рядом с тобой в трудный момент, — наконец выдавил он. — И мне очень жаль, что я оказался слишком труслив, чтобы все обсудить. Вместо этого поступил, как поступил. — Ардашев опустил глаза, говоря все это. Было видно, что подобные признания даются ему ой как нелегко.

Независимо от моего желания стало вдруг так жалко сидящего передо мной мужчину. А еще я жутко по нему соскучилась и просто безумно устала на него злиться, в последнее время это занятие стало отнимать все больше сил. Едва сумела подавить порыв подойти обнять, погладить по голове, поцеловать.