Книга Дикая. Я тебя сломаю, страница 5 – Ксения Рокс

— Мне кажется, ты недооцениваешь. У этой девчонки явно стальной характер, она к таким, как ты, не липнет. Разобьет тебе не только сердце, но и яйца.

— Да ладно. Я же знаю подход к любой. Даже самая непокорная… — он делает многозначительную паузу. — Рано или поздно рядом со мной станет ласковой и нежной.

Я закатываю глаза.

— Ну окей, действуй.

Но Вован, похоже, слишком занят фантазиями, чтобы слушать меня.

Он глядит на блонди с таким видом, будто мысленно уже кружит с ней по кровати.

Я фыркаю, Вован вечно смотрит на лица женского пола как зверь на кусок мяса, будто вокруг никого больше не существует. Хотя чего уж там, я сам такой же.

Между тем Арина вопит, визжит, хватает девчонку за волосы. Та не сдается: отталкивает, потом снова нападает.

Толпа сгущается, повсюду свист, шумиха, телефоны в руках. И тут происходит нечто грандиозное: они обе врезаются в стеклянный стеллаж с кубками.

Раздается резкий звон, и всё летит к чертям собачьим. Осколки разлетаются по полу, а я… Не выдерживаю и начинаю ржать. Затем начинаю аплодировать, будто на концерте.

Браво, Арин! Теперь о тебе точно будут говорить весь семестр.

— Хуя-а-се, — свистит Вован рядом. — Во девки дают!

Арина поднимается, волосы в беспорядке, щеки красные, на губе кровь. Злая, как черт.

Ловит мой взгляд, и сразу же несётся ко мне пулей.

— Ну и чё ты стоишь?! — орёт. — Лучше помоги мне уничтожить эту ненормальную!

Я приподнимаю бровь, демонстративно оглядываясь вокруг:

— Да ты и сама неплохо справилась, — указываю на стеклянные осколки у её ног.

— Ещё и брат называется! Защитник хренов! Ты должен отомстить этой курице, она меня толкнула!

— А первым кто начал? — спрашиваю спокойно, и сестрица замолкает. Всего-то секунда, но я всё читаю по лицу.

Ну да. Сама. Как всегда.

В общем-то, я даже не сомневался.

— Сестренка, — тяну лениво. — Тот факт, что я твой брат, не означает, что обязан везде впрягаться за тебя. Так что разбирайся сама.

— Да пошёл ты! — шипит Арина и показывает мне средний палец. — Я всё отцу расскажу!

— Нашла чем напугать, — усмехаюсь.

Я знаю, что она в бешенстве, ведь привыкла, что весь мир должен подыгрывать её короне. А когда кто-то осмеливается не исполнять её капризы, тут же бомбит.

Вдруг в коридоре раздаётся сердитый голос.

— Что здесь происходит?!

Препод стоит перед девчонками, руки в боки, вид такой, что вот-вот готов их обеих разорвать на части за испорченный стеллаж.

Толпа мгновенно стихает, телефоны исчезают из рук. Все делают вид, что вообще просто шли мимо.

Дядька стоит с папкой, глаза бешеные.

— Обе в деканат! Немедленно! — рявкает он, указывая пальцем на Арину и блонди.

На моем лице растягивается коварная улыбка. Интересно, сильно влетит Арине за сей инцидент? Любименькая дочурка папочки такое устроила…

Я бы с удовольствием на это посмотрел, чую, сегодня за семейным ужином начнется не менее захватывающий экшен.

Арина закатывает глаза, но поворачивается к девчонке, что-то бурчит и идёт. Та держится прямо, гордо, на лице сияет вызов.

Интересно, кто она вообще такая?

Пока они уходят, наши взгляды встречаются всего на пару секунд.

Но этого хватает.

В её глазах огонь пылает.

Не испуг, не злость. Скорее... презрение, перемешанное с любопытством.

Я вижу, как прямо в этой секунде она оценивает и меня: холодно, будто решает, стоит ли даже запоминать. И это, черт возьми, цепляет.