Книга Дикая. Я тебя сломаю, страница 74 – Ксения Рокс

— Начинаем, — бросает Михаил Витальевич.

Я киваю. Первый удар — резкий, целенаправленный. Потом ещё. Второй, третий, уже почти машинально, по инерции, чтобы не думать.

Ярохин двигается легко, быстро, но не отвечает. Не парирует, не наносит ни одного удара. Он просто смотрит на меня… Всё время. Этот взгляд прожигает кожу.

Я злюсь. Должна сбить его настрой, заставить защищаться, хоть как-то отреагировать. Поэтому бью сильнее.

— Ты чего застыл?! — почти кричу. — Нарочно это делаешь?!

Он молчит, я слышу только звук собственного дыхания. Тяжелого, сбивчивого. Ярохин чуть улыбается, едва заметно, углом губ.

Мне физически становится дурно. От возбуждения, от ярости, от этого непонятного смешения чувств. Хочется убежать, но ноги не слушаются.

Бью ещё, снова, в плечо, потом в грудь. Он даже не старается уклониться. Ловит удары, будто принимает их как наказание. И вдруг до меня доходит... Ярослав не сопротивляется. Совсем.

Он просто стоит. Смотрит на меня, и в этих глазах столько чувств, что мои руки сами опускаются.

— Хватит… — шепчу, не узнавая свой голос.

Он тоже не двигается. Только выдыхает тяжело, будто каждый вдох даётся через боль.

— Если хочешь — бей дальше, — наконец начинает говорить. — Я заслужил.

Мир будто глохнет вокруг. Все звуки отдалённые, как под водой. Только сердце бьётся: бум, бум, бум… слишком громко.

Я стою напротив него, и борьба внутри достигает пика. Поверить — нельзя.

Но как же страшно не поверить. Как будто меня рвут пополам.

В груди снова вспыхивает желание… неприличное. Хочется дотронуться до него, почувствовать, что он настоящий, а не призрак из прошлого.

Я делаю шаг вперёд, потом отступаю.

Делюсь пополам: между разумом и сердцем.

Михаил Витальевич что-то говорит с края ринга, но я не слышу. Для меня сейчас нет зала, нет тренировки, нет ничего. Только он и я.

Ярохин снимает перчатки, бросает их в угол. Стоит, смотрит, молчит... В его глазах нет той самоуверенности, что была раньше. Там только усталость и… что-то похожее на сожаление.

Я чувствую, как ноги подкашиваются, сердце бьётся слишком сильно.

Нельзя ему верить. Нельзя! Но ведь хочется, до боли хочется…

Перевожу дух, поворачиваюсь, делаю шаг в сторону выхода. Он почти шепчет за спиной:

— Я не хочу тебя потерять, Дин…

Ничего не отвечаю. Кажется, что если сейчас обернусь, всё закончится.

Не найдя другого выхода, я просто ухожу, точнее сбегаю, как трусливая девчонка, чувствуя, как внутри всё рушится…

Как после удара, нанесённого слишком точно.

Дина

В груди тяжело. Воздух будто застрял где-то между рёбрами, а сердце колотится, словно пытается вырваться наружу. Бросаю перчатки в сторону, руки дрожат. Честно, сил нет даже на то, чтобы выругаться матом.

Раздевалка встречает тишиной. Хорошо, что здесь никого нет. Опускаюсь на скамейку, прикрываю глаза и пытаюсь выровнять дыхание.

Черт. Как же сложно…

Тренировка сорвалась. Не потому, что устала или просто не хочу, нет. В физическом плане я редко когда даю себе спуску, да и вообще никогда не позволяла себе вот так поступить. Все это вышло, потому что он здесь… Ярохин.

Он мой личный яд. Отравляет даже своим присутствием. Стоит ему появиться, и всё внутри будто взрывается. Драться невозможно: рефлексы путаются, тело реагирует неправильно. А ведь изначально я думала, что смогу отстраниться, быть спокойной, просто тренироваться и плевать, кто мой соперник.