Книга В объятьях тьмы, страница 76 – Сара Адам

Застыв, я с ужасом наблюдаю, как взгляд Демида опускается с моего лица к шее и ниже, и только в эту секунду понимаю, что соскочила с постели в одном нижнем белье.

— Извини, я не подумала, — робко лепечу, одёрнув руки. Я хочу было отстраниться от полуголого мужчины, но не успеваю сделать из шага, как он хватает меня за локоть, вынуждая остановиться. — Тебе лучше уйти...

— Мне уйти? — хрипит Демид, с опасными нотками в голосе.

Сама не понимаю, как, но в считанные секунды он сгребает меня в охапку и приподняв от пола, резко опрокидывает на матрас.

— Д-да! Тебе правда лучше уйти! — заикаясь, отползаю к изголовью кровати, готовая в любую секунду умереть от разрыва сердца. — Пожалуйста… Что ты делаешь? — дрожащим голосом пытаюсь вразумить, но он будто не слышит. Бесконтрольный крик вырывается из самой глубины души, когда Зверь хватает меня за обе лодыжки и одним рывком притягивает к себе.

В разуме словно в гонг бьёт мысль, что он не остановится. Не послушает. Возьмёт своё без торга и жалобных просьб.

— Тебе нужно обработать раны, — делаю ещё одну попытку отодвинуться, но грубые руки силой сжимают мои коленки, разводя их в стороны. — Пожалуйста, нет!

Я извиваюсь кричу его остановиться, найти хотя бы малейший аргумент, чтобы прекратить это, но все мои попытки разбиваются о глухую стену безразличия.

— Обработаешь. После.

После?!

— Демид, — борясь с внутренними противоречиями и нежеланием признаваться, заставляю себя сказать правду. — У меня ещё не было мужчины.

— Такого как я точно не было. — произносит он низким голосом, ловко отстёгивая пряжку ремня, и я понимаю, что пропала.

Боже! Нет – нет – нет!

— Я говорю правду! — в висках стучит кровь. Истерика подкатывает к горлу вместе с паникой. По коже расползаются колючие мурашки. Мужские руки ложатся на мои бёдра, подцепляют резинку нижнего белья и тянут вниз. — Пожалуйста, Демид! Не надо!

Внезапно мой крик заглушается поцелуем. Властным. Подчиняющим. Показывающим кто здесь хозяин.

Я мычу в требовательные губы, раздвигающие и подчиняющие мои. Каждая мышца наливается свинцом, в смятении осознаю, что перестаю контролировать себя и процесс.

Матрас прогибается под его сильным телом, Волк нависает надо мной, как гора. Свободной рукой мужчина обхватывает мою шею сзади, давая понять, что не намерен разрывать поцелуй.

В голове набатом бьёт мысль, что никаких вариантов, кроме как подчиниться – нет. Я уговариваю себя тем, что обязана Демиду. Он спас мою маму. Оплатил ей операцию и реабилитацию. Он имеет право делать со мной всё, что душа пожелает. В конце концов, это самая малость, что я могу ему предложить. Отдать своё тело меньшее, что можно отдать, за жизнь родного человека...

В какой-то момент, торги с самой собой доходят до такой степени, что я робко отвечаю на поцелуй и кладу свои влажные от волнения ладони на его широченные плечи.

Целуюсь неумело. С Демидом я всегда чувствую себя наивной, маленькой и глупой девочкой.

43

Запах, исходящий от поджарого мужского тела, будоражит нервные окончания. Пока бандит удерживает мою шею, второй рукой собственнически изучает все изгибы. Он по-хозяйски ведёт пальцами вниз от талии к бедру, кажется, что хочет изучить каждый мой миллиметр. Самое странное, что близость с ним не вызывает во мне дикого отторжения.