Книга Развод. М - значит месть, страница 86 – Ирина Манаева

Она замялась, понимая, как это выглядит, и тут же выпалила.

— Мне нужны деньги!

— И как часто он спал с горничной? — перешла я дальше к вопросам.

— Не знаю точно, — пожала плечами, — но об этом проговорилась сама Рита случайно.

«И ты решила подставить её, хорошая дружба выходит».

— Ваш муж был всегда осторожен, отсылая нас куда-то каждый раз, чтобы остаться с ней наедине. Признаться, я даже не догадывалась об этом, но, когда Рита обмолвилась и тут же прикусила язык, я решила присмотреться, и у меня возник план. Сфотографировать их не могла, Игорь Романович слишком щепетилен в таких делах, потому установила камеру напротив вашей кровати, чтобы заснять всё.

У меня вырвался неуместный смешок, потому что, признаться, я пребывала в лёгком шоке. Теперь задумаюсь, как нанимать прислугу.

— Выходит, у тебя есть запись, на которой меня насилуют? — подвела итог я, чувствуя, как сердце заходится в груди. Щёки моментально вспыхнули, и мне стало дурно. Облокотившись на столешницу ладонями, я пыталась прийти в себя, не веря в то, что вот оно. У меня есть доказательство. Готова ли я смотреть, как мною пользуются, пока сплю? Готова, ещё как!

— Где запись? — тут же перехожу к делу, и Кристина достаёт телефон, включая видео.

Смотрю на ролик, не отрывая глаз, кажется, не дышу, боясь пропустить хоть какую-то мелочь. Открывается дверь, и Руслан вносит меня в спальню. Моё тело перекинуто через плечо, как какой-то мешок, и меня коробит немного от такой картины. Выгружает на кровать, и лежу, раскинув руки, волосы разметались по покрывалу. Видео не очень хорошего качества, но всё понятно: кто есть кто. Затем мужчина принимается меня раздевать. Невольно отвожу глаза, но тут же понимаю, что должна досмотреть до конца, и возвращаюсь к ролику. Звука нет, не знаю, он стёр или же камера записывает только видео, но что-то отвлекает Руслана. Он оставляет меня в покое и лезет в карман. Да, теперь ясно, ему кто-то звонит.

Отчего-то выдыхаю, потому что пока ещё одета на кровати, словно это может хоть как-то изменить ход событий. Знаю же, чем кончилось, но всё равно немного успокаивает, что не вижу момента, как меня трогают в интимных местах чужие руки.

Секунды быстро отсчитывают время, смотрю на часы: 21.33. Руслан уже не торопится меня раздевать, просто выходит из комнаты, и на видео ничего не происходит, а потом оно обрывается.

— Это всё? — удивлённо смотрю на Кристину, не спеша отдавать телефон.

Она протягивает руку, забирая из моих пальцев гаджет, отправляя его обратно в сумочку.

— Есть и второе, вернее, оно одно, просто самый интересный момент начинает около двух часов ночи. Пришлось их разделить.

Вспоминаю слова охранника, который нашёл, что стёрта запись именно в это время.

— Так понимаю, её увижу только после оплаты? — понимающе киваю, не сводя взгляда с девушки. — Какие нужды толкнули тебя на это? — пожала я плечами, но поняла: не поставь она камеру, у меня не было бы теперь главного козыря!

— Моя мать, — увела Кристина глаза. — Всё прозаично. Операция, которую государство оплачивать не намерено, а мы сами просто не потянем.

— Ты могла просто попросить!

— Шутите? — усмехается. — Просто представьте, что к вам подходит горничная и просит денег на умирающую мать. Думаете, вы бы сразу выдали мне чек на полтора миллиона?!