Книга Развод. М - значит месть, страница 89 – Ирина Манаева

Вытираю лицо, чувствуя, что прихожу в норму. Увиденное меня и обрадовало, с одной стороны, и расстроило. Надо уложить мысли в голове и действовать. Теперь знаю, что и как спланировано, и буду смотреть в лживые глаза Преображенского иначе. Как же я заблуждалась, думая, что знаю его. Бывшего мужа-предателя, который получит по заслугам, потому что я сюсюкаться с ним не намерена!

— Ладь, я переживаю за тебя, — Даня смотрит действительно испуганно. — Сможешь перенести поездку обратно, или заночуем в гостинице?

Кажется, силы покинули меня, я не готова ехать больше двухсот километров, и мне срочно нужен отдых. Даня помогает занять место, ищет в телефоне ближайшую гостиницу. Неважно какую, главное, чтобы кровать и туалет с душем. Завтра приду в себя, снова появятся силы бороться, а пока заряд кончился, надо переварить всё. Что у него есть любовница, что он предал меня, что я беременна, и что изнасилование тоже было задумано. Вот почему он удалил эти полтора часа, которые бы показали мне, что было на самом деле.

Даня слишком заботлив. Останавливается около небольшого двухэтажного дома и идёт договариваться. Места есть, он возвращается за мной, ведя на второй этаж. За дверью небольшой номер на две односпальные кровати, и я благодарна, что он выбрал именно такой вариант. Не претендует на моё личное пространство, хотя мог привести в номер с двуспальной кроватью и сказать, что иного выбора нет. Вместо этого создаёт максимальный комфорт при минимальном выборе.

Оказываюсь в душе и долго стою под струями тёплой воды, впитывая в себя разрастающуюся негу. Потом бреду до кровати и падаю на мягкий матрац, кажется, обнимает всю, и я проваливаюсь в сон почти сразу, потому что вымотана до предела. День слишком длинный, а я не такая сильная, как хотелось бы.

Наутро просыпаюсь, долго размышляя на тем, чего хочу. Прихожу к мысли, что Преображенский достоин забвения, отъёма всего имущества и кое-чего на долгую память. Конечно, фактически он станет числиться отцом, но исполнять обязанности не будет. Сомнений нет: этот человек сполна заплатит за то, что со мной сделал.

Настроение приподнятое. Звоню Пилюгину, рассказывая новости, вслед отправляю видео, чтобы он подготовился как следует к моему приезду. Пусть знает не понаслышке, что действительно произошло, тогда передача будет не как испорченный телефон, а из первых уст. И плевать, что я голая. Однажды уже засветилась в неглиже перед всем миром, что теперь терять? Тем более, правда на моей стороне, и, я уверена, что Пилюгин провернёт всё красиво.

— Может расскажешь, что было на видео? — уверена, Дане неймётся, но терпит, не показывая заинтересованности. Накрываю его ладонь за завтраком, смотря с теплотой, и благодарю за всё, что он сделал для меня.

— Ты сделал для меня очень много, спасибо.

Отчего-то ему не нравится, потому заявляет.

— Звучит, как прощание. Будто ты решила навсегда порвать со мной.

Качаю головой, усмехаясь.

— Разве могу так поступить с единственным человеком, который всегда был рядом?

— Не знаю, — признаётся, смотря на меня как-то неуверенно. — Надеюсь, между вами с Преображенским всё кончено? Потому что ты выглядишь так, будто мысленно решила, что всё наладилось в твоей жизни, и вы снова вместе.

Искренне смеюсь. Он такой милый, особенно, когда ревнует, и признаюсь сама себе, что мне нравится это чувство. И раньше нравилось, только считала это ненормальным что ли. Будто не заслуживаю подобного, не имею на это права, раз не позволяю ему большего. Теперь это меня веселит и умиляет, а его лицо, разукрашенное кулаком Гара, напоминает о том, что вчера Даня меня спас.