Книга Измена. Я сильнее боли, страница 4 – Ирина Манаева

Новый звонок, будто все сговорились. На этот раз Мила. Хороших подруг днём с огнём не сыщешь. С Милкой знакомы с института, пожалуй, сейчас она единственная, к кому можно без проблем завалиться хоть ночью.

— Да, — отвечаю, и по салону разливается её голос.

— Слава Богу, — говорит вместо приветствия, и в голосе слышится облегчение. — Где ты, Кира?

— Скоро буду у тебя, — разрешения можно не спрашивать, она всегда рада.

— Мне звонил Егор, — продолжает, и всё встаёт на место. — Он волнуется.

— Да ладно, — я картинно смеюсь, но выходит как-то коряво. — Зачем звонил не сказал?

— Ну так ищет тебя! Кир, что случилось?

— Приеду — расскажу, — обещаю, пока мимо проносится вывеска какого-то села. Чёрт, я так и не развернулась. Бросаю взгляд в зеркало, на дороге чисто. Прерывистая полоса говорит о том, что манёвр разрешён, и я перемещаюсь на другую половину.

— Слушай, если у тебя сегодня останусь, ничего? — решаю спросить сразу.

— Ясно, — хмыкает. — Поссорились, значит. Конечно, оставайся. Надеюсь, я не усугублю положение.

— Он мне изменил! — внезапно выпаливаю, хотя хотела видеть её выражение лица, когда сообщу новость.

Секундное молчание, кажется, Милка переваривает мои слова, а потом какое-то кряхтение в трубку.

— Может, всё не так, как ты думаешь?! — предполагает. — В телефоне что-то нашла?

— В кровати! — усмехаюсь. Она всегда действовала на меня положительно, вот и сейчас, когда Милка позвонила, я чувствую, что за счастье ещё можно побороться. Не за то, чтобы быть с Егором, нет, это я твёрдо решила, пусть и прошло мало времени, за шанс снова стать счастливой.

— Вот козёл! — выдыхает она, и я чувствую даже на расстоянии, как ей меня жалко. Она не врёт, а, если так, тогда я ничего не понимаю в людях.

— Так что ни ЧТО-то нашла, а КОГО-то! — добавляю, оставляя информацию о сестре, как вишенку на торте, для пущего эффекта. Рассказывать почему-то смешно, будто не я видела, не я чувствовала и горела внутри, а кто-то другой. Я ещё не раз заплачу, пытаясь разорвать связь между мной и Уваровым, но сейчас хоть немного легче.

— Так, Кирюха, — она берёт всё в свои руки, как всегда в институтские времена. — Я в магазин, подождёшь меня около подъезда, тут на сухую посидеть не выйдет.

— Завтра на работу, — сопротивляюсь, но слабо. Сама понимаю, что хочется разрядки, подпитать нервы и просто расслабиться. Анестезия.

— Всем на работу! — хмыкает Милка. — Вспомни, как в общаге до утра не спали, а потом на пары спокойно шли.

— Так когда это было!

— Главное, что это были мы, — отмахивается она. — Всё, до встречи.

Щелчок говорит о том, что Милка повесила трубку. Бросаю взгляд на противоположную сторону, ДПС всё так же там. На всякий случай накидываю ремень и снова задумываюсь.

Ника у нас чуть больше месяца, я не гнала её, мы с Егором решили, что человеку надо отсидеться, подумать. Оказывается, у него были на неё совсем другие планы.

Я всегда была к ней добра, даже помогла устроиться на работу. Теперь уже не знаю, ходила она туда или же только делала вид. Дело нехитрое — прыгнуть в постель к чужому мужику, правда, не представляю себя в подобной роли. До этого момента не видела и её. По салону снова разносится звонок. Я сегодня нарасхват. На этот раз тётка. Неужели они обзвонили всех общих знакомых, чтобы меня найти? Наверное, интересно, к кому побегу зализывать раны.