Книга Он Мной Одержим Навеки, страница 51 – Яна Ланская

Зрение мутнеет, прикрываю глаза, дыхание сбивается. Лава разливается от рук Влада по всему телу к его губам, я натягиваюсь, впиваюсь в его спину и чувствую, как удовольствия накрывает мощным потоком. Теряюсь в пространстве.

Влад нависает надо мной, целует глубоко, и тут я чувствую резкий толчок. Вжимаюсь в подушку, распахиваю глаза. Внутри всё распирает, тянет.

— Вот и всё, — разрывает поцелуй, — больно?

Больно? Доли секунд да, но я не успела сообразить, была дезориентирована оргазмом. Мне тесно и очень тянет. Странно и ново.

— Не знаю, — поднимаю на него взгляд, — выйди и зайди обратно.

Влад прыскает со смеху, накрывает мои губы и начинает двигаться. Пальцы ног непроизвольно поджимаются, а ногти впиваются в его спину.

— Расслабься, — нежно, заботливо и уверенно говорит.

Влад медленно выходит, я выдыхаю, так намного лучше. Дышу, пытаюсь расслабить мышцы и вдруг чувствую, как он начинает нежно водить гладкой головкой. Ласкает и дразнит.

— Продолжай. Это лучшее, что я пробовала в жизни, — честно признаюсь.

— Это начало, — улыбается, подхватывает меня ладонями за попу и проникает точным, интенсивным толчком.

Нет. Это больно. Вот теперь я чувствую всю его мощь. Жалобно мычу.

— Тише, тише, — шепчет в губы, — не сжимай меня так. Скоро пройдёт.

Целует рвано то в губы, то в шею, двигается осторожно, но настойчиво. Меня сильно распирает, я думала это совсем иначе. Чувствую, как на лбу пульсирует вена, а в глазах собираются слёзы.

— Попробуй обхватить меня ногами, — даёт наставление.

Послушно пробую, угол как будто немного меняется, и мне становится легче.

— Лучше, — утвердительно ему киваю.

— А я предлагал вылизать тебя, Кузьмина, сама отказалась, — хрипло произносит и хитро улыбается.

Притягиваю его к себе, целую сама и понимаю, что в этой боли что-то есть…

Углубляю поцелуй и ощущаю, как Влад напрягается, как его дыхание сбивается, толчки становятся размашистей и жестче, с его губ срывается глухой стон, который я впитываю в себя. Чувствую его мощные вибрации и осознаю, как он приятно в этот момент ощущается во мне.

Влад выходит из меня и плюхается рядом, тяжело дыша. Сквозь дискомфорт приподнимаюсь, приникаю к нему, обнимаю это огромное тело.

— Ананьевский, кажется, я тоже без ума…

— Ананьевский, кажется, я тоже без ума…

Ощущаю такое блаженство. Утыкаюсь лицом ему куда-то между шеей и ухом, и меня просто заливает восторгом. Именно в этом месте нереальная концентрация его запаха. Если бы можно было сделать с ним парфюм, я бы обливалась им с головы до ног. Сумасшествие какое-то.

— Я знаю, — самодовольно отвечает, подхватывает меня за бедро и забрасывает мою ногу на себя.

— Мог бы и изобразить радость, Ананьевский!

— Зай, я был в эйфории, когда смотрел, как твои глаза закатываются. Ты просто в своих судорогах не заметила, — Влад манерно закатывает глаза, изображая меня, и смеётся.

Хочется ему влупить как следует. Но поцеловать хочется больше, поэтому я его кусаю и сама не понимаю, как внезапно оказываюсь на нём. Влад обхватывает ладонями моё лицо, смотрит внимательно, как будто собирается с мыслями.

— Я описать не могу, как рад, Ань. Думал, что покажу тебе плато Путорана, а после постараюсь ещё раз тебя раскрутить, но ты сама меня совратила, — ухмыляется, — но знаешь… теперь меня интересует другое плато…