Книга Измена. Холод откровения, страница 29 – Нина Авсинова

— Давай, — соглашаюсь я. — В пять освобождаюсь.

— Отлично! Я заеду.

— Не, лучше скинь адрес кофейни.

— Окей. Увидимся!

После работы еду по адресу, который прислал Максим. Небольшое уютное кафе недалеко от центра — деревянные столики, тёплое освещение, запах свежей выпечки и кофе.

Максим уже ждёт за столиком у окна. Увидев меня, встаёт, улыбается.

— Привет! Как день прошёл?

— Нормально, — отвечаю я, садясь напротив. — Рабочая рутина.

За стойкой девушка-бариста улыбается нам.

— Что будешь? — спрашивает Максим.

— Капучино, пожалуйста.

Он заказывает мне капучино, себе — американо.

— Ну что, — говорит он, когда официантка приносит наши заказы. — Как жизнь? Что случилось с тем типом в банке?

Я обхватываю ладонями тёплую чашку, смотрю в окно.

— Разводимся, — говорю я просто.

— Серьёзно?

— Ага. Вчера у юриста была.

Максим молчит несколько секунд, потом говорит мягко:

— Мне жаль. Это всегда тяжело.

Я киваю, делаю глоток кофе. Горячий, крепкий, с нежной молочной пенкой. Вкусно.

— А у тебя как дела? — спрашиваю я, переводя тему. — Как жена? Как дети?

Он усмехается.

— Я развёлся уже. Три года назад.

— О. — Я смотрю на него удивлённо. — Не знала.

— Откуда тебе знать? Мы сто лет не виделись. — Он пожимает плечами. — У меня один ребенок. Дочка. Ей десять. Видимся с ней реже теперь, но стараюсь успевать. Каждые выходные забираю к себе, летом ездим отдыхать вместе.

— Это хорошо, — говорю я искренне. — Что ты не бросил ребёнка.

— Как можно бросить собственную дочь? — Он качает головой. — Да, с бывшей не сложилось. Но Маша тут при чём? Она мой ребёнок. Я её люблю.

Мы сидим, пьём кофе, разговариваем. Он рассказывает про свой бизнес — небольшая компания, занимается разработкой софта для малого бизнеса. Сам основал пять лет назад.

— Звучит круто, — говорю я с улыбкой.

— Ну, есть свои плюсы и минусы. — Он усмехается. — Зато я сам себе начальник. Могу взять выходной, когда захочу, чтобы провести время с дочкой.

Он такой... спокойный. Уверенный. Говорит просто, без пафоса, с лёгким юмором. Рядом с ним комфортно.

— А ты как? — спрашивает он. — Работаешь?

— Да, маркетолог в небольшой фирме.

— Нравится?

— В целом да. Коллектив хороший, начальница адекватная.

Мы ещё болтаем минут тридцать. Вспоминаем университет, общих знакомых. Смеёмся над старыми историями — как Серёга Воробьёв засыпал на парах и храпел так, что профессор швырял в него мелом. Как Ленка Соколова влюбилась в преподавателя по философии и ходила краснела каждый раз, когда он её спрашивал.

— Помнишь нашу поездку в Питер на практику? — спрашивает Максим, и глаза его светятся весельем. — Как мы заблудились в метро и вышли вообще не там?

Я смеюсь.

— Ещё бы! Мы два часа потом искали общежитие! А Кирилл Петрович так разозлился, что чуть не отправил всех обратно в Москву!

Разговор течёт легко, естественно. Я ловлю себя на мысли, что давно не чувствовала себя так расслабленно. Без напряжения, без необходимости следить за каждым словом, без страха сказать что-то не то.

Максим рассказывает смешную историю про своих программистов, и я хохочу так, что на нас оборачиваются люди за соседними столиками.

— Ой, извините, — шепчу я, вытирая слёзы от смеха.

Телефон Макса вибрирует на столе. Он смотрит на экран, и лицо его становится серьёзным.