Книга Искушая любовь, страница 142 – Сара Адам

— Я… — я будто немею от шока, что он обо всём догадался. Джон не глупый и понимает: расставшись я с Алексом, тот бы ни за что не позвонил мне изливать душу. — Джон… я… я собиралась…

А вдруг он тупо взял меня на понт, и я так бездарно спалилась?

— Собиралась, но решила переждать на моём члене, пока милый и сладкий Алекс переедет следом?

От того, с каким презрением он говорит обо мне эти грязные вещи, внутри всё обрывается. Я не помню, как вырываюсь. Прихожу в себя в тот самый миг, когда уже замахиваюсь и со всей силы залепляю Джону пощёчину.

— Не смей, — лепечу сквозь ком в горле.

Слёзы наворачиваются на глаза моментально. С минуту мафиози смотрит на меня стеклянным взглядом, а затем разворачивается и молча уходит.

— Так позвони ему! — настаивает Лилит, переусердствовав с жестикуляцией. — Выскажи всё, что считаешь нужным!

— Думаешь, это хорошая идея? — с недоверием уточняю, слегка заплетаясь на последнем слове.

Ноги наотрез отказываются держать, и тогда я прислоняюсь к холодной плитке в уборной. Громкая музыка долбит басами из зала, отдавая пульсацией в висках, но нас это не смущает.

— За-ме-ча-тель-на-я! — подтверждает лучшая подруга, покачнувшись. — Звони и покажи этому мудаку, кто тут главный!

Выпитые коктейли дают о себе знать, и всё вокруг кажется лёгким, весёлым и таким беззаботным. Завалиться в ночной клуб и напиться, дабы разбавить серые будни из-за скандала с Джоном, было нашим с Лил совместным решением.

— А ты права! Именно так я и сделаю, — хихикаю, косясь на телефон в своих руках, и набираю номер Грея. Пьяный мозг не соображает, что лучше этого не делать, что мы в ссоре и каждый копит обиды.

Я зла за то, что Джон сотворил с семьёй Алекса. Джон злится за то, что я соврала ему и не рассталась с вышеупомянутым.

Но я действовала исключительно из благих побуждений!

— Ада? — не проходит и двух гудков, как Джон поднимает трубку, сходу взбесив этим сокращением. Ещё бы на часах четвёртый час утра. Обычно в такое время звонят исключительно с плохими новостями.

— Меня зовут А-да-лин! — гневно цежу в микрофон, отодвинув смартфон от уха. — Повтори правильно!

— Где ты? — проигнорировав требование, раздражённо спрашивает собеседник.

— Не важно, — отмахиваюсь, решив, что это будет звучать круто. — Я звоню сказать, чтобы ты никогда, слышишь, никогда не смел появляться в моей жизни! На этом точка!

Стоящая рядом Лилит утвердительно кивает в знак поддержки и для большей убедительности одобрительно поднимает большой палец вверх.

— Сколько ты выпила? — снова игнорируя мои слова, этот индюк задаёт только интересующие его вопросы.

— Не отвечай! — машет рукой Лил, и я закатываю глаза. Указывают мне тут оба. Я сама решения принимать хочу!

— Не помню! — гордо заявляю, вздёрнув подбородок. — Пять или десять… — подавив приступ тошноты от количества алкоголя, бродящего в моём желудке, прикрываю рот ладонью. — А может, сто! Я не веду подсчёты!

— Спиваешься? На тебя это не похоже, — в трубке слышится смешок, а затем звук шагов, как если бы кто-то встал в тихом помещении и пошёл.

— Ты ничего обо мне не знаешь, — горько ухмыльнувшись, отворачиваюсь от Лил. Почему-то мне больше не нравится идея, что она стала свидетельницей нашего разговора.

— Я знаю о тебе достаточно, Ада, — снова произносит это прозвище, заставляя меня закипать.