Книга Ведьмина ночь, страница 45 – Екатерина Насута

Наверное, это было честью. Та же Цисковская точно не отказалась бы, но…

— Боюсь, я не одета должным образом.

Князь отмахнулся.

— Времена ныне… эти как там их… демократичные. Так что я привык. А обедать надо. Даже ведьмам. Особенно молоденьким бестолковым ведьмам, которые забивают голову всякой ерундой.

Меня убить собираются.

И силу отнять.

И возможно, эта самая Розалия — настоящая темная ведьма. Не говоря уже о прочем…

— Заговоры, девонька, убийцы и все такое, — наставительно произнес князь. — Они никуда не денутся. Сколько бы ты ни прожила… а вот хороший обед — это то, что стоит ценить.

Обедали тут в столовой.

В малой.

Как-то даже боязно спрашивать, как большая выглядит, если в малой стол метров двадцати длиной. Ну и да, темное дерево, подсвечники под серебро или скорее даже серебряные. Салфетницы. Салфетки накрахмаленные. Вазы с живыми цветами.

Хрустальная люстра свисает на цепях.

И ощущение полной себя неуместности.

Князь вел меня, любезно рассказывая обо всем, что на пути встречалось, начиная с портретов родичей разной степени близости — уже на третьем портрете я окончательно запуталась, кто кому и кем приходится — и заканчивая всякого рода историческими артефактами, вроде китайской вазы, что принадлежала некогда императору Цы и была подарена… кем-то там.

Кому-то там.

Главное, что все это было мило, вежливо и так, будто бы я была не случайной гостьей, а человеком, если не близким, то всяко хорошо знакомым.

И место мне досталось по правую руку.

Напротив меня устроилась Свята, которую окружающее великолепие нисколько не смущало. Чуть дальше сел лохматый юноша в цветастой гавайской рубахе и пляжных шортах. А уже за ним — молчаливый парень характерно-бледного вида.

— Мои внуки, — сказал князь. — Морислав.

Этот парень был еще более рыжим, чем Свята, к тому же веснушчатым до крайности. Он поднял руку и помахал, обозначая, что он и есть Морислав.

— И Горислав.

В рифму. Почти.

— А это Яна Ласточкина, наша новая ведьма.

— А на кой нам ведьма? — откровенно удивился Морислав.

Вот… вот мог бы что-то новое придумать, право слово, а то я себя неполноценной ощущать начинаю. Ненужной. Ведь не скажешь же, что я тут тоже не по собственной воле.

— Тебя не спросили, — князь чуть нахмурился.

— Да ладно, деда… я ж так. Извиняйте, ежели чего, — Морислав дотянулся до вазы и вытащил из нее цветок, который протянул мне. — В знак мира…

Ага.

Только вытащил он белодремник, который аккурат на языке цветов говорит о подозрениях и неприязни. Но я ничего. Взяла. И улыбнулась.

Того, кто в детском доме вырос, языком цветов не проймешь.

— За вами, охламонами, присмотрит заодно уж… тут же ж это… балаган ваш.

— Наш? — удивился Мор, стащив с тарелки пару тарталеток. — А… это ты про невест. Я вчера ходил гулять.

— Кто бы сомневался, — князь сказал это в сторону.

— Ничего такие… некоторые с прошлого году, но большею частью новые. Непуганные…

— Только попробуй! — князь пригрозил внуку вилкой.

— Да я ж так… я ж не собираюсь. Просто… сугубо теоретически! И вообще мы тут не при чем! Они сами!

— Что сами?

— Все сами!

— Устроили… представление. Вековые традиции…

— Попрали… — согласился Морислав.

Передо мной появилось блюдо с чем-то весьма красивым и вкусно пахнущим. Шарики какие-то в соусе. И рядом зелень. А еще крупа, не рис, не пшено… ладно, я не привередливая, а с учетом, что утренний бутерброд давно остался в прошлом, попробую.