Книга Ведьмин рассвет, страница 181 – Екатерина Насута

И сложно одновременно. Как оно в жизни и бывает.

Сидим.

Глядим друг на друга.

— Тут… Змеевич один кланяться велел. Сюда он пока не сунется.

— Почему?

— А недолюбливаем мы друг друга. От и неуютно ему на моих землях. Полозовичи вовсе не любят вотчину покидать.

— Он, вроде, неплохой…

— Да холодные они твари больно. И себе на уме.

Кто бы говорил. Думаю, что Дивьянов батюшка то же самое про князя скажет. И будет в чем-то да прав.

— Внучку вон свел… украл, - проворчал князь. – Окутал змеиным шепотом… ну да боги с ними, пусть счастливы будут. Обещался Дива присласть, с женою, да… и приглашение передавать велел. На свадьбу.

— Камни я верну, - между лопаток засвербело.

— Не вздумай.

— У меня есть!

— Вот пусть и будут. Обидишь. Он, хоть и та еще змеюка, но честь знает, - князь поморщился, словно неприятно ему было это вот осознавать. – И от сердца отдал… а отдашь, стало быть, не признаешь, что долг вернули. Большего требуешь.

— Спасибо.

Я бы и не подумала о таком.

— Что они вовсе за… камни эти?

— Особые, - князь вытащил из корзины мандаринку, очистил и мне протянул. – На от, кушай витаминину. Полоз к сердцу земли ходит, в котором огонь горит ярко. Огонь этот черпает да в каменья заключает.

— Силу земли?

— Её самую. Так уж вышло, что… те, кто от людей пошел… волей богов… они часто, как бы это… выразиться… силу-то имеют, но попробуй-ка передай. Мой род тут прижился, потому как питает его земля эта. Признал нас и источник, и сила… и есть у меня, что дети, что внуки, что правнуки вот… глядишь, и до праправнуков дотяну.

Куда он денется.

Полагаю, Цисковская не планирует в ближайшие десятилетия вдовой становиться.

— Оборотни тоже от лесу берут. Стужа он от льда и камня её… иные еще от чего. Но таких источников мало… и нас тоже немного. Иных. Отличных от людей. По сравнению с тем, кто есть люди… так вот, змеиные камни, исконную силу хранящие, способны помочь… в таком от деле…

Князь явно смутился.

— Рождения детей? – подсказала я, уже все сама понимая.

— Именно. Вон, у Полозовича один сын, единственный. И то потому как у внучки моей своя сила имелась. На второго камни копил, ему они тоже непросто даются.

И отдал мне.

Долгом.

— А… Свята?

— У её матушки три камня было. Хватило того.

Я Святе подарила один. Зато теперь знаю, сколько еще надо.

— Тут даже не в детях дело. Детям… им не только народиться надо, но и вырасти. Повзрослеть. Силу свою почуять и обуздать. С камнями это дело проще. Так что, ежели есть у тебя, то… купят. За любые деньги купят.

Есть.

Но продавать не стану. Чую, пригодятся еще.

— Спасибо, - говорю. И прошу. – А можно мне домой?

— Нельзя, - князь качает головой. – Целитель против. А я против целителя, извини, не пойду… и так наслушался, что… да и повод будет. Больных навещать надобно.

Навещали.

Брюок появился утром. Я сквозь сон услышала клекот и стук в стекло. На подоконнике сидел ворон. Крупный такой. Да что там, здоровущий, с орла размером.

— Доброго дня, дедушка, - не удержалась я. Пусть на шею бросаться не стану, не дождется, но вот так…

Ворон каркнул, слетел на пол и обернулся… недобрым молодцем.

Нет, помочь он мне помог, но доброты деду этот факт не прибавил. А он тоже похудел, истончал, сделавшись почти полупрозрачным.

И обличье не держит.