Книга Ведьмин рассвет, страница 44 – Екатерина Насута

Пока не появилась на свет моя матушка, у которой произошла любовь…

Твою же ж… просто слов нет.

Еще немного, и я окончательно уверюсь в собственной избранности.

— Главное, - Лют чуть замедлился. В надвигающихся сумерках Упыревка казалась такой нарядной, почти как тот, выдуманный мною город, - помнить, что все могло быть совершенно иначе.

— Надо, - я вздохнула. – Надо напрашиваться в гости? К дяде? И архивы семейные… искать?

— Надо, - согласился он. И сказал. – Я завтра ему позвоню, если хочешь.

А я взяла и ответила:

— Хочу.

Глава 11

У моего забора появилась лавочка. Такая вот беленькая, с гнутою кованой спинкой и деревянными планочками, которые спускались узорчатой волной. Спинка была неудобная, потому как изображала виноград, а железные листья его не то, на что хотелось бы опереться.

Впрочем, Свята и не опиралась.

Сидела, закинув ногу за ногу, и о чем-то говорила с Ульяной Цисковской. Причем услышав рокот мотора, она замолчала, обернулась и, узнав машину, вскочила.

— Ну вот, тебя и встречают, - Лют глядел на Святу.

Цисковская-младшая сидела тихо и выглядела какой-то несчастной.

— Встречают. Ты… зайдешь?

— Пожалуй, оставлю вас. Свята все равно выгонит.

— Даже так?

— Ей надо куда-то энергию девать.

Договорить он не успел, потому как энергии в Святе и вправду хватало. Дверца распахнулась и мне сказали:

— Привет! А мы тут тебя ждем!

— Давно?

Я устала с дороги и, честно, сейчас совершенно не была расположена принимать гостей.

— Неа. Я знала, что вы не скоро. Просто заглянула вот… дед послал.

— Зачем?

— Еды принести. Сказал, что у тебя наверняка пусто, а Анри опять разошелся. Нам столько не сожрать. В смысле, он сказал по-другому, но зря, конечно. Мор, когда полнолуние близко, вообще как не в себя ест. Я иногда опасаться начинаю, что он и меня… ну и Гор тоже. Но он не от полнолуния, а если задумается. Он и задумывается. Но Анри и вправду разошелся.

Лют вытащил мой рюкзак, который вручил мне.

— До завтра? Завтра ужин…

— Вот-вот… Анри тоже сказал, что он не может вот так, сходу, ужин торжественный. Ему настроиться надо… в общем, я еду принесла, а тут она сидит. В печали. И я решила, что тоже посижу.

— В печали? – уточнил Лют. И прежде, чем Свята сообразила с ответом, добавил. – Тебя забрать?

— Да нет, я сама… потом. Тут… тут такое… а к вам гости!

— Доброго вечера, - Ульяна поднялась и обняла себя. – Я, наверное, зря пришла… я еще вчера… просто… документы вот принесла. А тут так тихо, спокойно… думать хорошо.

А глаза у нее покрасневшие, это даже в сумерках видно.

— Ужин, - сказала я искренне. – Пойдем, посмотрим, что там ваш Анри послал.

Свята хихикнула и Ульяну подхватила под локоть, потянула к воротом, что-то на ухо говоря и настойчиво так. А я… я выдохнула.

Значит, все в порядке.

То есть, горе никуда не делось. И боль осталась, там, внутри. Но если так, то Свята с ней справляется. И живет. Может, не совсем, как раньше, но почти.

— Может, все-таки и я останусь? – Лют не спешил уходить. – Опять какие-то… знакомые… важные… или еще кто… я не хочу.

— Надо, - сказала я наставительно. – Но если надоедать станут, то… окно закрывать не буду.

— Спасибо.

— Кстати, а почему ты прошлый раз через окно полез-то? Если можешь просто войти?

Не самый своевременный вопрос, но давно хотела уточнить, да все забывала как-то.