Онлайн книга «Ведьмин рассвет»
|
Поздняков стоял, сложив руки на животе. И как под ним-то доски не трещат? — Было бы несправедливо недооценить это творчество… да… определенно… Яна Ласточкина… Князь попросил? И почему вместо радости – я ведь только что хотела оказаться там, на сцене, - я испытываю смущение. А Свята уже толкает в спину. Мол, иди, не задерживай народ. Я иду. Поднимаюсь по ступенькам, думая лишь о том, как бы не споткнуться, не растянуться на них. Вот будет смех. Но не спотыкаюсь. — Зачем, - спрашиваю я у Позднякова, который дружелюбно скалясь трясет мне руку. Поздравляет, стало быть. И сейчас он играет в добродушного толстяка, но я-то видела его другим. Совсем. — Затем, что очень обидно, когда тебя не ценят, - говорит он вполне серьезно. – Да и работа в оригинале очень даже неплоха. Конечно, можно покритиковать композицию или там цветовую гамму, хотя смысла нет, все ведь довольно точно. — Точно, - меня не спрашивают, но я отвечаю. — Вот и мне подумалось, что несправедливо будет, - мне в руки суют бархатную коробочку и подталкивают к прочим призеркам. Те, кроме разве что Стужи, смотрят на меня… кто с недоумением, кто с легким презрением. А Поздняков склоняется над самым ухом: — Девочка. Учись ценить себя. И требовать свое. Еще бы понять, что требовать и у кого. — Спасибо, - внутри отпускает. И… и плевать, что там, на площади, выставлена копия, которая разве что общее представление дает. Плевать, что станут говорить и про копию эту, и про… остальное. Голову выше, Ласточкина. И улыбку изобрази. В конце концов, ты-то знаешь, что награда вполне заслужена. Хотя все равно случайная. — Жуткий человек, - Стужа оказывается как-то рядом и цепляется за руку. — Кто? — Этот… из Петербурга. Поздняков? Ну да, приятного в нем мало. — Он весь смертью пропах, - Стужа морщит носик. – Некроманты, особенно старые… они… просто жуткие. Да? Смотрю на Позднякова по-новому и вижу-таки темную густую силу, что окутывает его облаком. Облако плотное, почти неразличимое, но оно есть. И он чувствует мое внимание. Оборачивается. И… подмигивает? — …я бы, наверное, в обморок упала, если бы он ко мне прикоснулся. И я вдруг понимаю, что он там был, на той равнине. Видел её… такою же? Иною? Не важно. Главное, он… знает. И картина в надежных руках. А князь снова берет микрофон и что-то объявляет, только все это мимо меня проходит. Музыка опять же грохочет. Люди устремляются на площадь… — Поздравляю, - Лют жмет мне руку и жест этот получается до боли неловким. – И вечером жду. Сейчас никак… я заеду? К шести? — Хорошо… Лют сменяется Мирославом, а тот – Заром, который лохмат и раздражен. А еще понятия не имеет, что делать дальше. Со мной вот. С собой. Со Стужей. — Надо твой станок собрать… - озвучиваю первое, что приходит в голову. — Уже, - Стужа накрывает расшитый мешочек ладошкой и отступает так, чтобы я оказалась между ней и Заром. И тот замечает. Обижается, кажется. — Хорошо… Где хоть кто-нибудь? Мудрый опытный и вообще… — Ты у нас пока поживешь, - Свята взбирается на сцену и подхватывает Стужу под руку. – Я говорила с папой. Можно, конечно, у вас… И на Зара смотрит. А тот кивает, но как-то нерешительно. — Я… мне ведь стипендию дадут. Если меня отметили, то я ведь поступила? Так? А еще купить хотели. Полотно, - Стужа смущена. – Если продать, то хватит… квартиру снять. Или комнату. Мне сказали, что если еще соткется что-то, то тоже купят. А я и не думала, что… |