Онлайн книга «Ведьмы.Ру»
|
Брови тоже. Губы… в меру пухлые, хотя Люська утверждала, что немного можно и подколоть. — Ведьма, ведьма… она тебе не рассказывала? — Кто? — Мама твоя. Она ведь тоже… — Ведьма? — Ведьма… Что-то плюхнулось в воду. — Никитос! — возопил Игорек на берегу. — Ну я за тобой не полезу! И мыть тебя не стану! Сам вляпался, сам и вылизывайся… — Станет. Они с малых лет дружат… короче, бабушка объяснит. А я пока так, чего знаю… ну твоя мама… она как бы сильно в девках засиделась. Характер у неё такой, что никто из наших и не решался посвататься… бабушка говорила, что поначалу ещё были те, кто решался, но… не сложилось. Это да. Характер у мамы всегда был непростым. Мягко говоря. — Вот она и уехала. Поступать. Учиться. Выучилась и осталась. И свадьбу стала играть… решила то есть… Сзади опять громыхнуло, но на сей раз жаром окатило. — Ой, блин… Волна пронеслась и по пруду, отчего белые волосы Ляли встали дыбом, Игорек отряхнулся, а откуда-то из камышей на противоположном бережку, донеслось: — Да чтоб вас… И дальше. Непечатно. — Никитос, будешь ругаться, — сказала Ляля. — Я бабушке расскажу. В следующий раз она тебе и хвост, и рот шампунем вымоет. — Язва ты, Лялька, — раздалось из темноты донельзя обиженное. — Посмотрел бы я, что ты сказала, если б с жабой и во рту… — А я предупреждал, — крикнул в ответ Игорек. — Но разве ж ты слушаешь… — Я, может, и рад бы, только это ж инстинкт… могучий инстинкт охотника. С ним разве совладаешь? Блин, вода тут грязная… — В доме помоешься. — Игорек, а ты не захватил… ну… — Труселей — не взял, — Ляля ответила за Игорька. — И майки не взял. Потому что всё в багаже, а его ещё распаковывать надо. Ульяна с трудом сдержала улыбку. А стена камышей зашаталась, выпуская рыжего веснучшатого паренька. Волосы его завивались спиральками, а веснушки захватили не только лицо и шею, но и плечи, и руки. — Издеваешься? — с надеждой спросил он. — Нет, — Игорек вздохнул. — Ты… может, обратно? А завтра уже опять. — Ага… чтоб оно так просто… захотел и обратно. — На втором этаже, — Ульяна всё же постаралась не улыбнуться. — Там в комнате, в шкафу, папины вещи… рубашки там, майки. Конечно, великоваты будут. Я сейчас сбегаю. — Сиди, — Ляля взяла за руку. — Игорёк, давай сам… ей туда соваться не след. — Почему? — А не чуешь? — Ляля прищурилась. — Что? Нет… Ульяна что-то чуяла. Вот терпкий плотный запах тины, исходящий от воды. И сыроватый травяной — луга. Жар летний. Землю… и воздух. Воздух будто нити силы пронизали. — М-да… бабушка, конечно, говорила, что всё не просто, — Ляля руку не выпустила, дернула. — Да садись ты… — Я с тобой, Игорёк! — камыши вновь зашатались. — Ты только это… давай… на двоих под тенью. Подумалось, что сосед, если вдруг увидит двух подростков, один из которых в полном неглиже, точно жалобу напишет. Разве что растеряется немного, не зная, куда — в СОП, полицию или ещё куда. Но потом возьмёт и напишет всюду. — Морок! — рявкнула Ляля. — Тут вам не там! Тут действительно было не там. А Ульяна моргнула, когда Игорёк взял и растворился. — Хоть поговорим по-человечески… слушай, ты не против, если я окунусь? Водица здесь такая… прелесть просто, — и не дожидаясь ответа, Ляля нырнула в воду. С головой. — Подожди, вода тут… тут… Ульяна хотела сказать, что здешняя вода, она своеобразная. В посёлке упорно ходили слухи, что пруд этот питается не от подземных вод, а с очистных сооружений фермы. И что чистят там так себе. И порой даже вот совсем не чистят. А случается, и заводы окрестные отходы сбрасывают. Правда, какие именно отходы и какие именно заводы, молва не уточняла. |