Онлайн книга «Ведьмы.Ру 3»
|
— Клятв на тебе много, — сказал он. — А каждая — это, считай, крючок в мозгах. И за крючок этот оно и цепляется. — Ага, — Наум Егорович носом шмыгнул, чувствуя, что течёт. — Оно… — Разумное. Несомненно. Ещё любопытное. И злобы я в нём не ощущаю. — Да ну? — Случалось мне держать в руках вещи, которые принадлежали по-настоящему злым людям. Таким, что… в общем, страшные сказки о некромантах неспроста страшные. Хотя и не всякий некромант — зло. Тут как с ведьмаками, по-разному оно повернуться может. Те, кто близко к тьме стоят, яснее её слышат. Да и она их тоже. И услышанное легко обратить может против человека. Понятно, что ни хрена не понятно. Но желание дать Женьке в морду отступило. И кровящий нос — малая плата за то, что мозги перестало выворачивать. — А тут ещё что-то переменилось… — Женька втянул воздух, будто принюхиваясь. Наум Егорович тоже понюхал. Пахло… да больницей пахло. Стерильностью. Хлоркой. И чужой слабостью. — Смертью тянет… — Группу вызывать? — Погоди. Не тут… скорее уж такой запах. Старый очень. И… да, нет. В смысле, не вызывай. Погодить надо. Ляг лучше, поспи. Наум Егорович хмыкнул, но послушно отправился к кровати. Оно и вправду, заняться тут больше нечем, а… Додумать не вышло. Дверь открылась и появился уже знакомый санитар. — На выход, — произнёс он печально. — Ты. И на Женьку указал. — Я с ним! — Наум Егорович вскочил. Стоило представить, что он останется тут один, в этой адской белизне, наедине с шепотком, который точно воспользуется случаем и вывернет его наизнанку. Санитар коснулся чёрной кляксы наушника, а потом кивнул: — Без шуток, — добавил он грозно, хотя за грозностью это слышалась усталость. Тоже замаялся злодействовать. Это вообще дело утомительное до крайности. Ничего, на каторге отдохнёт. — Господи, да я не понимаю, чего вы от меня хотите! — нервный истеричный даже голос Льва Евгеньевича доносился из приоткрытой двери. — Вы сперва сами разберитесь! Вчера одно распоряжение, завтра другое… и какой переезд? Какой, помилуйте, переезд… куда? — Куда скажут, туда и переедешь, — этот голос звучал приглушённо, но спокойно. — О да… с вашей точки зрения всё просто. Вы сказали, а мы переехали. Но это же… это же время! Это… мы несколько месяцев занимались отладкой системы! Пытались поймать резонанс! И у нас почти получилось, а тут всё разобрать! Всё бросить! И объект не готов! Не готов объект! Он может просто-напросто не перенести… — Позаботьтесь, чтобы перенес, — сухо оборвал тот же голос. И дверь открылась, едва не ударив Наума Егоровича по носу. А следом он ощутил взгляд, такой, внимательный, профессиональный, заставивший сжаться на мгновенье, но потом Наум Егорович решительнейше расправил плечи и спросил так грозно, как только мог: — А как вы к мышам относитесь? — С уважением, — криво усмехнувшись, ответил громила. — С великим. Потом поглядел на Женьку, которому этот взгляд тоже не понравился. Уж больно он… пронизывающий. И кажется, что видит человек куда больше, чем все-то вокруг. Женька сунул палец в нос и пискнул: — Я буду жаловаться! Вы знаете, кто я? Я требую… — Дурдом, — человек покачал головой и посторонился. — Вам, кажется, сюда. Не смею препятствовать. — Погодите! — Женька вдруг подскочил и схватил его за руку. — Вы… вы не с ними? Они хотят свести меня с ума! Они выставляют всё так, будто я ненормальный! А я нормальный! Ыы должны мне помочь! Вызовите полицию… |