Книга Ведьмы.Ру 3, страница 190 – Екатерина Насута

— Я… сейчас. — Ульяна облизала губы. И вправду стало немного легче.

— Если позволишь совет, то дышать надо осознанно.

— Это как?

— Если полностью сосредоточиться на ритме дыхания и движениях мышц, то разум очистится. Эмоциональная сфера плохо поддаётся контролю, но при необходимости и с ней можно справиться.

— Как справился ты? Ты ведь не всегда был таким?

— Я… да. Пожалуй. В тот момент решение представлялось мне отличным.

— Идём? — Ульяна не стала брать Василия за руку. А он не стал отстраняться, просто держался рядом, очень близко. — Мы к забору. К забору же можно, так?

— Уль… — голос Мелецкого звучал жалобно…

— Вась, если тебе не хочется говорить при нём.

— Я не уверен. Мне сложно иметь дело с эмоциями, но его присутствие не порождает негативного отклика. А тема беседы в конечном итоге затрагивает и его интересы.

— Ага, — Данила оказался рядом. — Мы тут собрались с Васькой фирму открыть! Он будет поставлять товары… разные там. Ну, варенье из ежиных почек…

— Только назовите его по-другому, — посоветовала Ульяна. Она дошла до калитки и толкнула её. — Вы не против? Когда идёшь, то как-то легче…

— Фирму назвать?

— Варенье. Иначе зоозащитники вам житья не дадут. Устанете доказывать, что вы не причастны к повальному сокращению поголовья ежей.

— Это да… — Даника поскрёб макушку. — Подумаем. Там много чего надо подумать…

— Проект обещает немалую прибыль вследствие уникальности предлагаемых товаров, равно как и услуг.

— Ага, будем поставлять рабов.

— Это незаконно!

— По трудовому договору на краткий срок! — уточнил Данила. — Оформим как услуги аниматоров. Сама подумай. Белоснежкой там можно, или Терминатором, или каким-нибудь Смурфиком. А у нас будут рабы. И заметь, никаких ростовых кукол… в общем, там ещё детали надо обсудить, но мне кажется, что мы сработаемся. Правда?

— Мне данное направление также представляется перспективным, особенно при расширении количества предоставляемых услуг. К примеру, салоны красоты или ортопедии… — Василий потрогал рога. — Сервисы доставки подарков. Но поговорить я бы хотел не об этом.

— А о чём?

Просёлочная дорога уходила во тьму. То ли строители по незнанию повредили какой-то кабель, то ли его повредили по знанию, но фонари не горели. Правда, в собственном доме Ульяны свет имелся, и вот в том, где жила тётка Марфа, окна тоже светились мягким жёлтым, но Ульяна решила подумать об этих странностях завтра. Сегодня же дорога была темна.

И пуста.

И хорошо.

— Верно ли я понял, что ты не испытываешь ко мне глубокой личной привязанности и сердечных чувств? — уточнил Василий.

— Глубокой — нет, — подумав, ответила Ульяна. — Точнее… знаешь, я к тебе привязалась, но подозреваю, что ты имеешь в виду другое.

— Я не слишком хорошо разбираюсь в эмоциях. Поэтому мне нужно объяснение.

— Мне бы тоже, но… знаешь, я всегда хотела брата. Такого, чтоб спокойный и надёжный, и проблемы умел решать. И… и Вась, я не хочу за тебя замуж.

В груди болезненно кольнуло.

— Но и не жалею о том, что мы познакомились. Ты замечательный… демон. И родной даже. В конце концов, почему бы и нет… ты друг. И почти родственник, если так-то. Но… это да, сложно. Если ты уйдёшь, я буду скучать.

Главное, что Мелецкий помалкивал, не спешил с комментариями.

— Когда-то давно отец и матушка ругались, — Василий нарушил тишину. — Часто. Много. Громко. И страшно. Всегда страшно. Порой рушились стены. И пламя было. И тьма. И многое иное… и когда я спрашивал, почему так, мне все говорили, что это от любви. От эмоций. Что эмоций много и они не всегда способны с ними справиться. И я подумал, что в таком случае от эмоций исходит лишь вред. Они алогичны. Не поддаются контролю. И причиняют боль. Маме было больно, когда он уходил. Как и ему. Но и вместе они находиться не могли. Или могли, но тогда всё вокруг гремело и рушилось.