Онлайн книга «Ведьмы.Ру 3»
|
— Зачем в кустах? — тут Ульяна не очень поняла. — Так, с креативным предложением руки и сердца. Скажем… рука или жизнь! Или лучше — сердце или жизнь⁈ — Маньяк… — она фыркнула и, представив, рассмеялась. — Не слушай Лялю, я тебя прошу! — Да это так. Навеяло просто. А вообще… ладно тебе критиковать, в мире полно сумасшедших. Откроем агнетство. Скажем… «Последний креатив». — Ага, и маленькими буковками ниже дописать «в твоей жизни»… — смех душил. И Василий хмыкнул, а потом вдруг рассмеялся, хрипловато так, низко. И на кончиках рогов опять вспыхнули огоньки. Демон разжал руки Мелецкого и сказал: — На самом деле демоницы очень ценят тех, кто умеет рисковать. — Вот! Видишь… Ляля будет помогать демоницам найти своё личное счастье и не умереть. Нет… что-то меня… прёт прямо! — Это сила, — Василий коснулся рогов. — Рядом с источником и ведьмой сила всегда прибывает. — Точняк! — Данила отступил на шаг и раскинул руки. — Во мне столько огня отродясь не было… Он вспыхнул ярким белым пламенем, будто украв его, перламутровое, у Василия. И это пламя змеёй обвило ноги, потянулось выше, охватив руки и уже на ладонях развернуло крылья. Белоснежная птица сорвалась в чёрные небеса. И звездопад горячих искр коснулся волос и щёк, и одежды. Только не опалил. Искры пахли дымом и свободой. И ещё чем-то совершенно замечательным. — Дань… — Уль! Ты только посмотри, как я умею! У меня получилось! Эй, у меня… — он развёл руки, создавая меж ладонями радугу, только переливалась она от жемчужной белизны к синеве. И стоило Даниле отпустить, как радуга рассыпалась сонмом бабочек. — Как я… Выстрел она услышала уже потом. Точнее поняла, что это выстрел. Просто Данила вдруг покачнулся и уронил свою радугу из бабочек. А потом как-то, словно недоумевая, поднял руку. И… — Знаешь… а это было хорошее приключение, Уль… — он ещё горел, только часть огня стала алой. И тут же взвилось другое пламя. Злое. Резкое. А низкий глухой рык демона перекрыл стрекот кузнечиков. Именно тогда Ульяна выстрел и услышала. Второй. И увидела, как пуля разрезает воздух. И испытала ярость, которую никогда-то не испытывала прежде. Тук-тук. Она подняла руку и сжала пальцы, скручивая воздух жгутом. И повинуясь воле её, он смял треклятую пулю. А затем, протянувшись по следу, ударил и стрелка. Опрокинул наземь. И приковал к земле тонкими нитями корней. Вот так. — Назад! — голос и воля её остановили рванувшегося к стрелку демона. И тот послушал. Тук-тук-тук. Она обернулась. Мелецкий ещё дышал. Он ведь одарённый, он сильнее прочих. И значит, справится. Он просто обязан справиться! — Дань, ты… Пламя его догорало. Ульяна видела, как дар уходит в дыру, которая становится лишь шире, будто пуля разъедает его изнутри. И поняла вдруг, что ничего не сделает. Никто ничего не сделает. — Вась! Демон покачал головой. — Это чёрная кровь. Откуда у вас такой яд? Он и демона свалит. А Данька не демон. Данька… просто Данька и вот. — Целитель… — Не спасут. Его никто не спасёт. В этом обличье у Василия голос другой. Низкий и хриплый. Скрежещущий даже. — Никто, кроме тебя. Если ты решишься. Она? Ульяна никогда и ни на что не могла решиться. А тут… тут ведь речь даже не о смене работы или чём-то таком. Она не сможет! Она не справится! У неё никогда ничего не получалось толком. |