Онлайн книга «Дети Крылатого Змея»
|
— Тогда вдвойне поздравляю. Ты достойна его состояния… — Вот что мне в тебе нравилось, так это твоя откровенность. Никогда не давал себе труда быть вежливым, — хмыкнула Алиссия. — Но в целом ты прав, его состояние — это единственное, что в нем может привлечь. Он такой зануда! Я бы десять раз подумала, но мой папочка так мечтает породниться… а папочке сложно отказать… Надутые губки. Приподнятые бровки. Выражение искренней обиды, которое Алиссия тренировала перед зеркалом не один час. И сухой остаток в виде реальности: пока папа Алиссии оплачивает ее счета, дочурка будет делать именно то, что ей велено. И замуж пойдет за того, на кого папа укажет, раз уж не сумела сама себе подходящего супруга добыть. Впрочем, все это — чужие проблемы. — Тогда сочувствую… — Между прочим, если бы ты хорошенько подумал… — Лисси, не стоит. — Твоей матушке я нравилась. Она мне не так давно звонила, намекала, что с объявлением помолвки стоит погодить, ты передумаешь. Надо же, какие интересные подробности. — Не передумаю. — Я тоже так решила. Максик, конечно, не подарок, но он щедр. И не собирается меня в чем-то ограничивать, если, конечно, я буду соблюдать приличия… — Так замечательно… — Еще слышала, будто у тебя со здоровьем нелады… — Какие? — Не знаю, — Алиссия наверняка устроилась на полу. Сладкая девочка в ванильном платьице с кружевами. Кружева она любила самозабвенно, а еще ленточки, пуговки и все то, что сочеталось с нежно-девичьим образом. Когда-то это Мэйнфорду нравилось. Потом злило. Теперь… было все равно. — Но что-то серьезное, то ли нервы, то ли голова… главное, что осталось тебе недолго. Ты там здоров? — Здоров. — Мне тоже показалось странным. Если ты болен, то зачем тебе жена? — Незачем. — При всей своей нарочитой кукольности, Алиссия была особою практичной. — Милая, а ты не могла бы послушать? Раньше он сплетнями не особо интересовался, но если уж речь о близкой кончине зашла, то стоило пересмотреть принципы. — Мне Максик колечко подарил… с бриллиантом… — Я тебе тоже подарю колечко. — Зачем мне два колечка? — ненатурально удивилась Алиссия, в шкатулке которой колец было больше сотни. — Тогда браслетик. — Лучше сережки. Я недавно такие очаровательные сережки видела! С ума сойти можно! Представляешь, такие крохотные бабочки… — Скажи, пусть пришлют счет. — Ты такой милый, когда не бука… не то что твой братец. Он мне никогда не нравился. Мэйни, будь осторожен, пожалуйста. — Буду, дорогая. Что ему еще остается делать. Интересно, во что серьги Алиссии станут? Тысячи полторы? Две? Вряд ли больше пяти, она всегда умела чувствовать грань. И нужны-то они ей исключительно коллекции ради. — Он не так давно появлялся… — Алиссию легко было представить. Сидит на пуфике. Пушистом пуфике рядом с глянцевым столиком из последней коллекции кого-то там. Прижимает к уху белоснежный телефонный рожок, накручивает провод на мизинец… Воплощенная нежность. Очередной обман. — С недельку тому… о тебе беспокоился, предлагал навестить… — она говорила медленно, дразня Мэйнфорда, зная, его нетерпеливость. — Намекал, что можно было бы и без брака обойтись, что старая любовь не вянет. И что женщины у тебя давно не было. Интересный поворот. И с каких это пор Гаррет озаботился личной жизнью старшего брата? |