Книга Дети Крылатого Змея, страница 179 – Екатерина Насута

— Я знаю.

— Хорошо. Мои коллеги… многие мои коллеги придерживаются мнения, что в случаях, когда дар начинает вредить его обладателю, следует его купировать. Хирургическим путем. Внешними ограничителями. Медикаментозно. Это официальная точка зрения.

Он разглядывал спящую женщину с жалостью, но, поскольку та была искренней, Мэйнфорд готов был жалость простить.

— Как по мне… они калеки. Лишить дара — это хуже, чем лишить желчного пузыря. Или селезенки… о функциях селезенки редко кто задумывается. А вот дар… года три… или четыре… пять — от силы. На препаратах. Искусственное счастье и радуга по расписанию. Волшебства по расписанию не бывает.

— Понимаю.

И они оба замолчали. В тишине слышно было тиканье каминных часов и еще шелест дождя за окном. Звон капли, выбравшейся из крана. Мэйнфорд так и не добрался его починить.

А теперь и не нужно.

Они уезжают.

К морю.

Вдвоем.

— Но она… — Мэйнфорду невыносимо тяжело было просто смотреть. Хотелось дотянуться. Лечь рядом. Тельма свернулась клубочком и, значит, опять замерзает. А его сила согрела бы.

Он бы пригладил взъерошенные ее волосы.

И пересчитал позвонки на шее, колючие, упрямые.

Дохнул бы на щеки, отогревая. Провел пальцем по бесцветным ресницам… потом, когда гость уйдет. А он не задержится надолго. И надо будет сказать спасибо, что пришел по первому зову.

— У любого есть предел прочности. К своему она точно подошла. И шагнула дальше. А это чревато. Оправится ли? Я бы сказал, что шансы неплохие. Во всяком случае, я не вижу необратимых изменений. Однако сама она сейчас не стабильна. И не будет стабильна долго… неделю. Месяц. Год. Меньше или больше. Все глубоко индивидуально. Чужой разум… это сродни вирусу… либо ее организм справится, либо… они оба погибнут.

— А такого, чтобы…

— Вытеснить и занять тело? Нет, невозможно.

Это хорошо. Почему-то смерть представлялась Мэйнфорду куда меньшим злом, нежели угасание Тельмы и замена ее этим… ублюдком.

— Я знаю, что эксперименты проводились. Над людьми, лишенными не только дара, но и личности, — произнес целитель — надо будет все-таки поинтересоваться его именем. — Однако ни один не увенчался успехом. Они все думали о личности, но не задумывались, из чего эта личность произрастает… базовые структуры. Элементарная физиология, которая вовсе не элементарна. В «Тэйн-гарден» удалось пересадить человеку сердце другого человека. Это прорыв. Только вот тому, который с сердцем, придется до конца жизни своей сидеть на лекарствах, потому что организм его точно знает, что сердце это — чужое. Разум на несколько порядков сложнее сердца. Нет, замещения бояться не стоит. Или она выживет, или…

Он поднял бокал с остатками коньяка.

Хотя бы честен.

И если так, быть может, Мэйнфорд совершает ошибку, увозя ее? Быть может… он ненавидит больницы, но если Тельме там помогут? Таблетки? Ограничения? На время и только.

Зверь заворчал.

Он верил целителю, а Мэйнфорда полагал идиотом. Пожалуй, заслуженно.

— Глубокое сканирование было бы точнее, — целитель смотрел прямо и с вызовом. — Но если повреждения будут… чуть больше нормы… или почти на границе нормы… вы готовы отдать свою женщину под патронаж Совета?

Твою ж…

Идиот.

Действительно идиот.

Ментальная магия. Первый уровень. И красный код — опасности при потере самоконтроля. Ее просто заберут, если Мэйнфорд позволит. Но ведь он не позволит? Они со Зверем не позволят.