Книга Мой неуловимый миллиардер, страница 38 – Татьяна Романская

— Валерия, — говорит Фома, его голос суров. — Вынужден попросить тебя пойти со мной. Есть несколько вещей, которые мне нужно обсудить с тобой до начала занятий на следующей неделе.

Я поднимаю на него взгляд, в его голубых глазах темнеет что-то, чему я не могу дать название. Это гнев? Может быть, ревность? Вряд ли.

— Конечно, Сергей Витальевич, — у меня такое чувство, что ослушаться его сейчас — не самая лучшая идея. Я молча собираю сумку, виновато улыбаясь Саше.

— Увидимся на следующей неделе, — бормочу я.

— Я наберу тебе вечером, — говорит он, и я хмурюсь. Он редко мне звонит. Мы иногда переписываемся, но обычно не звоним друг другу. Фома напрягается рядом со мной и поворачивается, чтобы уйти.

— Точно. Конечно. Тогда до вечера! — я бросаюсь за Фомой, не понимая, что происходит. Оба ведут себя странно, и я волнуюсь. Волнуюсь, что Саша обо всем догадается. Волнуюсь, что Фома неправильно понял все, что увидел. Меня не должно беспокоить, что он может себе надумать, но это так.

Он молчит, пока мы идем к его кабинету, и не произносит ни слова, когда открывает передо мной дверь. Я вхожу внутрь на трясущихся ногах, сердце колотится.

Дверь закрывается за нами, и я напрягаюсь. Я не сделала ничего плохого, но чувствую себя так, будто сильно накосячила.

Я наблюдаю за ним, пока он обходит свой стол и достает пачку влажных салфеток.

— Иди сюда, — почти рычит он, и я вскакиваю. — Быстро, Лера.

Я делаю, как он говорит, и Фома нежно берет меня за руку, вытирая каждый сантиметр кожи.

— Что… что ты делаешь? — шепчу я.

— Избавляюсь от всех его следов.

— Это что еще за фокусы? Саша — всего лишь друг.

— Друзья не держатся за руки так, как вы с ним. Скажи мне, Лера. Ты с ним встречаешься?

Он смотрит на меня, все его тело напряжено. Я до сих пор помню этот огонь в его глазах. Два года назад он смотрел на меня с такой же страстью. Взгляд Фомы опускается к моим губам и задерживается на них, прежде чем я полностью осознаю происходящее.

Я отдергиваю руку, и разум наконец берет верх.

— Это, откровенно говоря, не твое дело, к кому я прикасаюсь.

Он смотрит на меня с таким страдальческим выражением лица, что у меня начинает болеть сердце.

— Не нужно с ним связываться, — говорит он, его голос мягкий. — Пожалуйста.

Мои глаза расширяются, когда он делает шаг в сторону и поворачивается, проводя рукой по волосам. Я не видела его таким уязвимым с тех пор, как он вернулся в мою жизнь.

Два года я гадала, думал ли он обо мне, жалел ли, что ушел от меня.

Теперь у меня есть ответы.

И я ничего не могу с ними поделать.

Лера

Сердце бьется в каком-то бешеном темпе, когда я паркуюсь у своего дома. Арина сказала, что придет к нам в гости сегодня вечером, и это будет первый раз, когда я увижу ее с тех пор, как она уехала в медовый месяц. Она знает, как я расстроилась, когда Фома дал мне неправильный номер, а я никогда раньше не лгала ей и ничего от нее не скрывала. Как мне сказать ей, что человек, из-за которого у меня было разбито сердце, — ее старший брат, пусть и сводный?

Я нервничаю, когда захожу домой, и пытаюсь скрыть это, но Аня бросает на меня обеспокоенный взгляд, и ее волнение только усиливается, когда я пытаюсь заставить себя улыбнуться.

— Ты уже тут! — говорю я, улыбаясь Арине, сидящей в гостиной.