Книга Мой неуловимый миллиардер, страница 58 – Татьяна Романская

Лера приостанавливает свои движения, и я кашляю, чтобы скрыть свой нетерпеливый стон. Катя улыбается мне, уходя, и я откидываюсь на спинку кресла, когда за ней закрывается дверь. Черт возьми.

Я смотрю на свою девушку, в глазах которой вспыхивают ревность и раздражение, даже когда ее рот занят моим членом.

— Я закрою дверь, а потом буду трахать тебя на этом столе до тех пор, пока ты не забудешь, что можешь ходить на свидания с кем-то, кроме меня.

Лера

— Я всегда на связи, — передразниваю я мерзким голосом, поднимаясь на ноги. Фома запирает дверь и поворачивается ко мне, его член все еще тверд и требует моего внимания.

— Смотрите, кто теперь ревнует.

Я скрещиваю руки на груди и смотрю на него сверху вниз.

— И что с того?

Он ухмыляется и подходит ко мне, останавливаясь передо мной с широкой улыбкой на лице. Он обхватывает рукой мою шею, а его большой палец ложится на мое горло.

— Тогда, думаю, мне лучше успокоить тебя, женушка.

Он наклоняется и целует меня, теперь его прикосновения нежнее. Руки Фомы обхватывают мою талию, и он поднимает меня на свой стол.

— Скажи мне, детка… как мне сделать так, чтобы тебе стало лучше? — он садится в кресло и раздвигает мои ноги. Фома смотрит мне в глаза, целуя внутреннюю сторону бедра, его зубы скользят по моей коже, прежде чем он втягивает ее в рот, помечая меня. — Как мне заставить тебя забыть о той… как ее там?

Я улыбаюсь, когда он переходит к другому бедру и оставляет там небольшой след, как в первый раз, когда мы спали друг с другом.

Его пальцы проводят по мокрым кружевным стрингам, которые я ношу, и он усмехается.

— Конечно, ты уже мокрая для меня. Тебе понравилось, правда?

Я киваю, не желая ничего от него скрывать. Он отодвигает ткань и вводит в меня два пальца, а его большой палец проводит по моему клитору.

Я не сдерживаю тихий стон и прикрываю глаза.

— Нет, — предупреждает он. — Я хочу, чтобы ты смотрела на меня, детка.

Я прикусываю губу, когда он обхватывает мои бедра, прежде чем наклониться. Я задыхаюсь, когда он прижимается губами между моих ног. Сочетание его пальцев и языка слишком острое, и я изо всех сил стараюсь не шуметь.

— Сергей, — предупреждаю я.

Он слегка отстраняется, но его пальцы продолжают ритмичные движения, от которых я чуть ли не впадаю в безумие.

— Да?

— Ты знаешь, чего я хочу.

Он смотрит на меня и снова проводит языком по моей плоти, медленно, будто дразня. Всего один раз, прежде чем отстранится.

— Этого ты хочешь?

Я киваю, отчаянно желая его прикосновений.

— Умоляю.

Я тяжело сглатываю и хватаю его за волосы.

— Пожалуйста, Фома. Мне это нужно.

Он почти доводит меня до края, срывая все в последний момент.

— Скажи мне, что больше никогда не пойдешь на свидание ни с кем другим. Скажи, что не будешь думать ни о ком, кроме меня.

— Я клянусь. Ты единственный для меня. Только ты, Фома.

Он смотрит на меня, и мое сердце бьется чаще. В его глазах не просто собственничество. Это что-то более глубокое.

— Хорошая девочка, — рычит он, прежде чем дать мне то, что я хочу.

Его язык сводит меня с ума, пока волна за волной наслаждения захлестывает с головой. Его имя бесконечное количество раз срывается с моих губ.

Фома откидывается назад и наблюдает за тем, как я разбиваюсь для него вдребезги, его лицо озаряет глубокое удовлетворение.