Книга Пока это не было любовью, страница 66 – Татьяна Романская

— Нет, — сказал он. — Я не давал повода.

Я сдвинулась со своего места и села на журнальный столик между его ног.

— Я обещаю, что больше не буду сомневаться в тебе.

Я провела рукой по его ладони. Он перевернул свою руку, и наши ладони встретились в молчаливом перемирии.

— Что ты вообще здесь делала? — спросил он.

Я должна была сказать ему правду — что моя мать была одной из тех журналисток, которых он так ненавидел. Объяснить, что именно она раскрыла историю о нем и Татьяне. У меня были заготовлены аргументы — как сильно различается ее стиль журналистики от моего. И как я провела всю свою карьеру, пытаясь найти свой собственный путь, который не был бы связан со скандалами и разоблачениями личной жизни известных людей…

Но почему-то именно сейчас я не смогла подобрать слова.

— Я просто бегала, — ответила я.

Я не хотела разрушать хрупкий мир, который сейчас был нам необходим. Если бы я рассказала Гордею, кто моя мать, это стало бы для него настоящим ударом. Я обязательно скажу ему об этом, но не сейчас.

— Это объясняет то, как ты одета, — сказал он, с одобрением приподняв бровь.

— И мое потное лицо, — ответила я, и мои плечи опустились, когда я увидела, что он простил меня по его смягчившемуся выражению лица.

— Может быть, ты хочешь принять душ? — предложил он, нежно приподнимая меня за ягодицы и усаживая к себе на колени так, чтобы мои ноги оказались на его бедрах.

— Может быть, мне лучше сначала немного вспотеть, а потом принять душ? — сказала я, покачивая бедрами над ним и с удовольствием отмечая, что он уже возбужден.

Что было в этом мужчине, что заставляло меня трепетать от его взгляда и быть готовой к его прикосновениям? Да, он, возможно, самый красивый мужчина, которого я когда-либо встречала.

Дело было в его взгляде на меня. Он смотрел на меня так, будто я была единственной женщиной, которую он когда-либо видел. Как будто он готов был преодолеть любые расстояния и преграды, чтобы просто обнять меня. Это самое опьяняющее, волнующее и захватывающее чувство.

— Скажи мне, ты знаешь, какой я? — спросил он меня, его пальцы впились в мой зад, прижимая меня к себе.

— Я знаю, — ответила я. — Я знаю, что ты верный, смелый, решительный, принципиальный и честный человек.

Гордей обхватил мое лицо руками и притянул к себе, чтобы поцеловать. Он словно хотел проверить истинность моих слов, которые я только что произнесла. Как будто он должен был поверить в них так же сильно, как и я. Его язык проник в мой рот, словно пытаясь поглотить меня. В одно мгновение я перенеслась обратно на дачу, когда все, о чем я могла думать, это он и я, а весь остальной мир казался далеким и нереальным.

Он просунул пальцы под мою футболку и стянул ее через голову, прежде чем уложить меня на спину на диван.

— Останься, — сказал он. — Останься у меня сегодня ночью.

Я провела руками по его волосам.

— Если ты этого хочешь.

— Хочу.

Все мои опасения, связанные с возможным конфликтом интересов, словно испарились. Ничто не могло противостоять бушующей волне чувств, охватившей нас обоих. Ничто не имело значения, кроме как быть с этим мужчиной. Кроме того, чтобы быть вместе.

Он стянул вниз чашечки моего бюстгальтера, укусил меня за шею, а затем его зубы коснулись моей груди, задевая сосок. Я почувствовала, как в животе разгораются искры, а между ног разливается жар желания.