Книга Пока это не было любовью, страница 69 – Татьяна Романская

Она наклонила голову и лукаво улыбнулась.

— Только частично. Мне нужно что-то, на чем я продержусь, пока ты не рядом и не готов к новым подвигам.

Я не смог сдержать смех.

— Хорошо, тогда я закажу что-нибудь, и, пока мы ждем, я хочу поговорить с тобой о Татьяне.

Она сдвинула брови и откинулась на спинку стула.

— Тебе не нужно ничего объяснять. Я доверяю тебе, Гордей.

Какая же она классная! Ее волосы собраны в хвост на затылке, но несколько непослушных прядей выбились и обрамляли лицо, словно у греческой богини. Хотя на Инге не было ни грамма макияжа, ее щеки пылали румянцем, а нежные губы были такими ярко-розовыми, что мне захотелось укусить их.

— Я сам хочу тебе рассказать. Татьяна дала добро, хотя ей нужно, чтобы ты сначала подписала это. — Я вытащил из ящика бумагу, которую вчера вечером мне прислал адвокат.

— Татьяна дала добро? — спросила Инга, глядя на документ. — Это соглашение о неразглашении?

— Это не моя идея и не моя личная информация. Это касается Татьяны. Я думаю, ты сможешь ей помочь.

Она подписала соглашение, не читая его, и подвинула его ко мне.

Я глубоко вздохнул и выдохнул. У меня было разрешение Татьяны рассказать Инге свою историю, но я не знаю, с чего начать.

— Как ты знаешь, Таня замужем за Егором Лариным, — сказал я.

Инга бросила на меня взгляд, как будто я только что сказал ей что-то чересчур очевидное. Но этот взгляд длился недолго, пока я рассказывал ей все подробности о том, как Таня обнаружила, что Егор управляет огромной финансовой пирамидой, и как я вернулся в Москву вчера, потому что Татьяна показала мне свое соглашение со следствием, и у нее были сомнения.

— Сколько же он украл? — спросила Инга.

— Сложно сказать точно, потому что, вероятно, большую часть он спрятал на офшорных счетах. Следственный комитет считает, что у него есть план побега. Он может уехать на Кипр или в другую страну, но для этого ему понадобится много денег. А Егор привык к роскошной жизни.

— И ты не думаешь, что Татьяна знала об этом? — уточнила она.

— Я знаю, что она точно не была в курсе. Я знаком с ней уже давно, и я был первым, к кому она обратилась, когда у нее появились подозрения. Я надоумил ее искать доказательства…

— Зачем ты это сделал? — спросила Инга.

— Следователь попросил Таню помочь им, но она не знала ничего конкретного. В ее интересах было пойти на сотрудничество, чтобы показать, что она ни при чем.

Я попросил Ингу не делать записей, и она согласилась. Однако я видел, как активно работает ее мозг, стараясь все запомнить.

— А что ты? Ты знаешь, как он поступил с тобой. Разве у тебя не было подозрений?

Это был сложный вопрос, над которым я много размышлял, но все еще не смог найти ответ.

— Я хорошо знал Егора. Я понимал, что он рискованный человек. Я знал, что он может искажать правду, чтобы выглядеть лучше, и способен переворачивать факты, чтобы оправдать любое свое действие.

— Ты не ответил на мой вопрос.

— Если ты наберешься терпения, я расскажу об этом по порядку.

Она слегка улыбнулась, как будто говоря: «Я знаю, что настойчива, и именно это тебе и нравится». И она права.

— Когда Татьяна пришла ко мне со своими подозрениями, я сразу понял, что все так и есть. Нам просто нужны были доказательства.

— Ты хочешь сказать, что догадался о его действиях, но не подозревал его заранее? Как это возможно?