Книга Пока это не было любовью, страница 89 – Татьяна Романская

— Ты приехал к нам, чтобы рассказать, что уходишь из политики? — спросила мама.

Улыбка на лице моей матери вот-вот исчезнет.

— Нет, на самом деле, не про это. Это касается Егора.

— Не могу найти эти чертовы семена, — сказал папа, возвращаясь на кухню. — Кажется, их съела собака.

Папа повернулся и направился к выходу.

— Пап, подожди, — окликнул я его, когда он уходил. — Если у тебя есть пара минут, мне нужно с тобой и мамой кое-что обсудить.

— Давайте попозже…

— Игорь, присядь ты уже, — сказала мама. — Гордей хочет поговорить с нами.

Мой папа закатил глаза, но все же сел, как велела мама.

— Что случилось? Тебе нужны деньги?

— Игорь, помолчи и послушай, — сказала мама, ставя перед нами чашки с чаем. Она налила себе и присоединилась к нам за столом.

— Эта девчонка, Инга, забеременела? — спросил папа. Мама бросила на него взгляд, и он поднял руки, сдаваясь. — Все, все, я молчу.

— Это касается Егора. — Я вздохнул, и мне внезапно пришло в голову, что мои родители могли дать Егору деньги для инвестиций. — Вы ведь никогда не инвестировали вместе с ним, правда же?

Моя мама покачала головой.

— Да что ты! Я еле уговорила твоего отца положить деньги на счет в банк. Будь его воля, все хранилось бы у нас под матрасом.

Я бы компенсировал родителям все деньги, которые они потеряли, но я был рад узнать, что они не стали одними из жертв его махинаций.

— На данный момент это секрет, — продолжил я. — Поэтому, пожалуйста, никому не говорите, но его собираются арестовать.

— Егора посадят? За что? — спросил папа.

— За мошенничество, — коротко ответил я. — Его инвестиции… Я не думаю, что он вообще что-то инвестировал. Он просто присваивал чужие деньги.

Моя мать ахнула:

— Присваивал себе чужие деньги?

Я положил руку на ее руку:

— Да. Это очень печально. Я знаю, это потрясение. Оказывается, у него есть несколько иностранных банковских счетов, куда он переводил средства.

— Ты хочешь сказать, что он типа Мавроди? — спросил папа.

— Ну, типа того.

— Какой ужас, — ответил мой папа. — Татьяна знает об этом?

— Да. Ей приходится сейчас работать со следствием. Она не имеет к этому никакого отношения. Она никогда даже не подозревала.

— Конечно, нет, — сказала мама. — Бедняжка Таня. Я полагаю, что его надолго посадят.

— Я думаю, что да, — ответил я. — Когда его арестуют, это обязательно попадет во все новости. Вы можете прочитать и услышать о нем не очень приятные вещи. Я хотел, чтобы вы узнали об этом от меня.

Мама убрала руку и похлопала меня по плечу.

— Ты был таким хорошим другом этому мальчику все эти годы. — Она покачала головой. — Я думала, что с нашим участием он изменится.

— Я же говорил тебе, Римма. От осинки не родятся апельсинки.

Я был удивлен тем, как спокойно они восприняли эту новость.

— Егор изменится? В каком смысле?

Мама перевела взгляд с меня на папу и обратно.

— Знаешь, после того, что случилось тогда…

Кровь словно застыла в моих жилах.

— О чем ты говоришь, мам?

— Ты знаешь, о чем мы говорим, сынок, — сказал отец. — Мы знаем, что ты взял на себя его вину.

Я даже не намекал родителям на случившееся. Неужели они все это время знали?

— Вы все знали? — спросил я.

— Конечно, мы знали, — ответила мама. — Ты — наш сын. Мы знаем тебя как никто другой. Ты не наркоман.

— Тогда почему же вы мне ничего не сказали? — спросил я.