Книга Плохие парни оставляют раны, страница 27 – Айнави

— Ничего, я и на автобусе прекрасно доберусь, - отвечаю, натягивая шапку и перчатки. Мне даже жаль, что вечер с Ником заканчивается. Но...

Ник идёт провожать меня до остановки. Зиму обещают снежную, и, видимо, в кои - то веки синоптики не ошибаются, потому что ещё ноябрь, но уже идёт снег: падает большими хлопьями, медленно кружась и преображая серо - унылый городской пейзаж во что - то волшебное. Мы с Ником обсуждаем фильм, потом переходим на университетские дела. После первого курса все студенты в обязательном порядке проходят археологическую практику. Мне это только предстоит, а Ник уже был в двух экспедициях. Он делится опытом, разбавляя свой рассказ смешными историями. Я слушаю его с искренней заинтересованностью, попутно ловя себя на мысли, что не хочу, чтобы наша прогулка заканчивалась. Ник безошибочно считывает моё настроение, предлагая пройтись ещё. И мы гуляем почти час, дурачась и перебрасываясь снежками.

К реальности возвращает звонок отца, которому я сказала, что буду в библиотеке. Мы наконец добираемся до остановки, и я надеюсь, что мне удаётся скрыть своё разочарование от того, что нужно расставаться.

— Ну, - я первой начинаю говорить, прерывая повисшее между нами молчание, - спасибо за вечер. И пока, - Ник, как оказалось, живёт неподалёку, потому ему не нужно ждать автобус, до своей квартиры он может дойти пешком.

И я уже разворачиваюсь, чтобы подойти поближе к остановке, как слышу:

— Полина.

Оборачиваюсь назад, замирая, а Ник быстро преодолевает расстояние между нами, наклоняется ко мне и целует в губы. Нежно, но настойчиво, словно не сомневаясь, что в этот момент он совершает самый правильный поступок на свете. У него немного шершавые, но мягкие губы, чуть холодные от упавших на них и не до конца растаявших снежинок. И надо бы отшатнуться от Ника, может даже залепить ему обещанную пощёчину: я ведь и знаю - то его всего ничего. Но я не могу. Закрываю глаза, подаваясь вперёд и отвечая на поцелуй. Никита обнимает меня одной рукой, прижимая ещё ближе, пальцами второй нежно проходясь по линии подбородка и поглаживая щёку.

Ник первым прерывает поцелуй, и мне с большим трудом удаётся сдержать в себе разочарованный стон. Господи, что со мной творится?

Никита немного отстраняется, но чуть склоняет голову вниз. Шепчет мне на ухо:

— Готов понести заслуженное наказание, - я не сразу понимаю, к чему он это говорит. Ник же берёт мою ладонь и, подняв её вверх, подносит в своей щеке. - Можешь ударить меня, - улыбаясь произносит он, - я знал, на что шёл.

— Да ну тебя, - я вырываю свою руку. - Знал он... - ворчу я, прекрасно понимая, что он шутит.

— Дашь номер телефона?

— Зачем? - состроив невинную «моську» спрашиваю я, пытаясь не расплыться в счастливой улыбке.

— Буду писать тебе всякие пошлости на ночь, - шепчет мне в ответ на ухо.

— Дурак, - шутливо пихаю его кулаком под рёбра, отворачиваюсь, делая вид, что высматриваю автобус, только бы он не заметил, что я очередной раз зарделась от смущения.

Ник смеётся довольно, достаёт мобильник, и я диктую ему номер своего телефона. Потом он снова целует меня, и мне кажется, что меня уносит куда - то, качая мягко, словно на морских волнах, и я чуть не пропускаю автобус, запрыгивая в него в последний момент. И абсолютно глупая улыбка не сходит с лица, как будто закреплённая на губах суперпрочным китайским «Суперклеем».