Книга Путь к счастью, страница 77 – Виктори Кисленко

Вокруг непроглядная мгла, удушающая тишина и небольшая снежная вьюга. Где-то сбоку послышался вой. Я вздрогнула, прижав авоську с вещами теснее к себе.

Хотелось кричать и топать ногами, как в детстве. Но, увы, выбора у меня не осталось. Нужно идти пешком. Время почти десять вечера!

Проклиная на чем свет стоит свою беспечность, я двинулась в нужном направлении — к хутору. По пути не было ни одной живой души. Темнота такая, что пришлось включать на телефоне фонарик и подсвечивать себе под ноги. Омрачали мой путь только сумка и порывистый ветер с колючим снегом.

Я упорно передвигала ногами, ощущая озноб от холода. Не знаю, сколько шла. Но слабость и спина буквально закричали остановиться и передохнуть.

«Зачем я столько вещей за раз взяла?» — корила себя.

Кирилл! Чертов мерзавец! Из-за него мне пришлось внезапно тащиться на ночь глядя в деревню! Шантажист несчастный! Ненавижу его!

Одурманенная дикой, необузданной яростью, я потуже затянула шарф на шее, чтобы нигде не поддувало, натянула шапку по самые глаза и упрямо пошла дальше.

Действовать пришлось быстро. Павлова сразу же нашла нужные контакты в женской консультации, где я прикрепилась, и выбила больничный на две недели. А там у меня еще есть неотгуленный отпуск.

После работы я мигом собрала вещи первой необходимости и поехала в деревню. Мне необходимо было обмозговать дальнейшие шаги. Федосеев по неведомой причине не хотел меня отпускать.

«Что ему нужно?» — задавалась вопросом. Никогда не поверю, что я такой ценный сотрудник, которого он не может потерять! Не хватало мне проблем с врагом матери, так еще свалился на голову наглый начальник. К слову, сводный брат не звонил, а значит, единственная ниточка, ведущая к исцелению, оборвалась. Признаться, в последнее время меня абсолютно не беспокоило состояние моего здоровья. Сон в основном был долгий и без сновидений. Тело претерпело изменения согласно сроку беременности. И все… Больше ничего подозрительного.

«Может, эта женщина сама додумалась исповедоваться за свои грехи?» — предполагала я.

«Ничего… Сейчас обустроюсь на новом месте, придумаю, как выкрутиться из сложившейся ситуации и заживу прекрасной жизнью с моим малышом».

Мысли о ребенке мигом согрели и душу, и тело. Идти стало легче. Темнота уже не была такой страшной, а самочувствие плохим.

Я прошла по ощущениям не больше получаса, как мне в спину ударил свет от автомобильных фар. Осторожно отошла в сторону, чтобы смогли объехать. Дорога была узкой и неудобной для транспорта.

Шаг не замедлила и продолжила ходьбу. Водитель тем временем не спешил меня объезжать, а наоборот, остановился.

Внутри закралась тревога. Она красным маячком впилась в сознание, и я ускорила шаг.

— Ксюша! — услышала голос Кирилла и остановилась.

«Что он здесь делает?»

— Как ты здесь оказалась? Почему с сумкой? И одна? — он осыпал меня вопросами и, приблизившись, выхватил из рук злосчастную сумку.

— Иду! — выказывая свой враждебный настрой, вцепилась в ручки сумки сильнее. Кирилл ее нагло выдернул из моей руки. Я не выдержала и добавила: — Отдай мне проклятую сумку и катись, куда катился!

Телом руководила обида за его унизительный поступок и слова в кабинете. Он не имел права так со мной поступать! Не после того, как между нами начали выстраиваться хрупкие границы человеческих отношений.