Книга Адвокатская этика, страница 27 – Лирика Альтер

Все встречи, разговоры в присутствии меня, либо через меня.

— Это хорошо, — успокоилась я.

— Она сказала, что Дмитрий работает барменом, назвала клуб, где он трудится по ночам.

— Хочешь подъехать туда?

— Сначала нужно узнать, действительно ли он бармен. Возможно, он наврал жене.

— Из-за судимости? — подхватила я.

Андрей кивнул.

— А ещё я узнал, что у Лизы есть недвижимость. Де-факто квартира только её, де-юре — совместно нажитое имущество.

— Что? — обалдела я.

— Она тебе не сказала?

— Нет, — покачала я головой, задумчиво. — Я и не предполагала. Лиза уверяла, что хочет сбежать… А

я не опрашивала её, ведь Антипова не является моей клиенткой. Меня интересовали побои.

— Так вот, квартира досталась от бабули, муженёк уговорил продать и купить новую.

Запудрил девке мозги, оформил на себя и сейчас творит всё, что пожелает.

— Подлец!

— Тут нечему удивляться, Оля. Он вышел из тюрьмы, нормальной работы теперь не видать, друзей у него не осталось, нужно было как-то выкручиваться. Вот он и обхаживал Лизу, зная, что сирота, что бабушка вот-вот отдаст Богу душу. Он всё просчитал.

— Какая же сволочь!

Гордин взглянул на меня с любопытством, очевидно, хотел задать какой-то вопрос, но что-то его останавливало.

— Спрашивай уже, — догадавшись, позволила я.

— Когда ты была с Антиповым в браке, у кого вы жили?

Я поняла, к чему он клонит.

— У меня жили. Я тогда устроилась на хорошую работу, деньги появились, взяла квартиру в ипотеку. Познакомилась с Димой, влюбилась в него, как девчонка…

— Ты его прописала?

Я ухмыльнулась.

— Я влюбилась, как девчонка, но не как наивная дурочка. Нет, конечно. Не прописала.

— Умница… — с чувством полного удовлетворения сказал Андрей.

— Он все заработанные деньги тратил на расширение бизнеса, вот только всё время что-то мешало: то одно, то другое. Я платила за квартиру, покупала продукты, а он только кормил обещаниями. «Ещё чуть-чуть, и я встану на ноги. Бизнес — это игра в долгую, быстрых денег не жди.

Но потом мы разбогатеем, заживём. Главное, верь мне. В меня верь», — процитировала я его дословно. — Я верила, а потом перестала.

Гордин понимающе закивал.

— А что насчёт побоев? Лиза призналась? — задала я животрепещущий вопрос.

— Призналась. Вот только ни медицинского заключения у нас нет, ни заявления в полицию…

— В этом-то и беда. Как нам доказать, что он опасен? Как убедить суд, что Антипову нужно установить запрет на приближение?

Это вопрос меня мучил больше всего.

— Оля, это возможно. Я поднял архивы, рассмотрел несколько похожих дел, где жертва так же побоялась вовремя зафиксировать следы насилия. И всё разрешилось в её пользу.

Так что это возможно, нужно будет постараться, но мы постараемся. Главное…

Андрей не договорил. Нахмурился, словно вспоминал что-то неприятное или думал о чём-то болезненном. Поджал губы, опустил глаза.

— Главное — что? — поторапливала я его.

— Главное — чтобы в суде Лиза не отказалась от своих слов.

Ольга

Взгляд Гордина стал напряжённым, недоверчивым.

— Главное, чтобы в суде Лиза не отказалась от своих слов.

— Андрей, я понимаю твои опасения. Но Лиза пришла ко мне, обратилась за помощью, доверилась — это уже смелый шаг. Не находишь?

Для меня это о многом говорило. Когда человек просит о помощи, зная, что самостоятельно ему не справиться, — это не показатель слабости, это говорит о его решительности.