Книга Адвокатская этика, страница 36 – Лирика Альтер

Одно дело знать, представлять, а вот увидеть своими глазами всё как было, — это совершенно другие впечатления.

— Оленька… — скорбно повторил её имя.

С трудом уговорил себя перевернуть страницу и уткнулся взглядом в лицо Антипова.

Мерзкий, с мелкими и злыми глазёнками, невысокий, худощавый. Не человек. Крыса.

— Мразь, — процедил я сквозь зубы. — Какая же мразь…

Я взывал к разуму, к хладнокровию, напоминал себе, что юрист, и не должен испытывать эмоции, но это оказалось сильнее меня. Необходимо как можно скорее собраться, вернуться к работе и выключить все чувства разом: ненависть к Антипову и что-то незнакомое, что сейчас я испытывал к Ольге.

Ко мне зашла Лена.

— Можно я сегодня пораньше уйду? Нужно поработать над курсовой.

— Конечно, — сказал я бесцветно.

Смотрел на племянницу и до меня только сейчас дошло, что за чувство породили во мне фотографии Ярцевой.

— Лен, подожди.

Встал, подошёл к ней и сделал то, что хотел бы сделать с Ольгой.

Я обнял её. Крепко, заботливо, укрывая ото всех на свете.

— Дядя Андрей, ты чего? — сконфузилась племянница.

— Не знаю, Ленок. Захотелось обнять тебя.

И не только тебя…

— Эх, — вздохнула племяшка. — Ну раз захотелось, то давай обниматься.

Она шутливо поводила руками по моей спине, улыбаясь. Я чмокнул её в щёку, не хотел отпускать.

— Как же я люблю тебя, племяшка…

— Дядя Андрей, дядя Андрей. В тебе столько любви, вот только дарить её некому. Дети тебе нужны. Свои. Родные.

Я расцепил руки, выпуская Лену. Хохотнул, устало провёл рукой по лицу.

— Дети… — философски протянул. — Они, Ленок, через жену получаются.

Я прыснул, племянница же весело засмеялась.

— Вот с этим проблема. Жена — это ж как… Это не когда хорошо сейчас, а когда хорошо потом.

Сейчас всё отлично, всё устраивает, но стоит представить её лет через десять, двадцать, тридцать, и что: хочется видеть рядом с собой или нет? Вот в чём вопрос.

— Неужели нет такой женщины, которую сможешь представить рядом с собой через тридцать лет? — лукаво сощурившись, спросила племянница и локтем боднула меня в бок. — Неужели нет?

Я пожал плечами и уставился на документы рядом с серой папкой.

Андрей

Поздно вечером я подъехал к небольшой частной типографии, где, по моим сведениям, работает

Антипов. Само здание было крохотным, поэтому неудивительно, что в ночную смену заступает всего один охранник.

Подошёл к тёмной металлической двери, нажал на звонок, и из домофона мне тут же ответили низким, грубым голосом:

— Типография уже закрыта. Приходите завтра.

— Антипов Дмитрий Алексеевич? — перешёл я в наступление.

Повисла пауза. Я повторил:

— Антипов Дмитрий Алексеевич?

— Кто вы? Что вам нужно?

— Я хотел бы пообщаться с вами с глазу на глаз. Меня зовут Андрей Гордин, я представляю интересы вашей жены.

— Интересы Лизы? — дрогнул голос Антипова.

— Я её адвокат, — поднёс к камере домофона раскрытое удостоверение.

Раздался писк, и дверь открылась. Я оказался в холле здания. Быстро поднял глаза к потолку: посмотрел в один угол, в другой, заметил камеру видеонаблюдения.

— Что вам надо? — вышел ко мне сам Антипов.

Я видел его только на фото из уголовного дела, с тех пор прошло много лет, но он не изменился.

Такой же мерзкий тип с крысиными глазками. — Что с Лизой?

— С Елизаветой Андреевной всё в порядке, — ответил я без эмоций. — Я приехал сообщить вам, что моя клиентка подаёт на развод. Я представляю её интересы, соответственно, теперь вы общаетесь со мной, либо с женой, но в моём присутствии. Это понятно?