Книга Адвокатская этика, страница 74 – Лирика Альтер

Я говорил всё тише, словно уносился куда-то далеко-далеко.

— Правильно ли я поступил? Не знаю. Никогда уже не узнаю. Издевался над матерью отец, а несчастной её в итоге сделал я… Вот такие дела, Олы

— Она была за мир в семье. Вот только понятие мира у неё было искажено. Тут сложно судить, кто прав, кто виноват.

Я так и слушал её с закрытыми глазами.

— Но, знаешь, что я тебе скажу… Пусть это и прозвучит дико, пусть подобные слова не должны озвучивать люди, которые служат закону, но я всё равно скажу… Если бы тогда…

когда я была замужем за мерзавцем Антиповым, узнала твою историю, я бы никогда не разочаровалась во всех мужчинах. Никогда… Потому что верила бы, что есть один человек, способный на всё ради любимых, который имеет право называться мужчиной. А, значит, не всё потеряно.

Я поднял голову, впился в неё пронзительным взглядом.

— Ты всё правильно сделал, Андрей. Ты защитил маму так, как мог в свои юные годы. И если она не смогла разглядеть в этом любовь, страх за неё, преданность — это уж точно не твоя вина.

‘Она обняла меня крепко-крепко, я вжался в хрупкое тело этой сильной женщины. И как гром среди ясного неба меня пронзило озарение.

Я всегда искал такую…

Такую, что смотрит со мной в одном направлении. Видит то, что вижу я.

Её душа изранена. Моя — изранена по-своему, но не меньше. Нас не просто тянуло друг к другу, мы подсознательно чувствовали, что способны залатать раны друг друга.

Как удивительно устроена судьба. В давних врагах, соперниках скрывались люди, способные понять друг друга так, как никто.

Я смотрел на неё не моргая. В этот день я вообще много на неё смотрел. Всё время.

Постоянно…

— Ты чего? — ласково улыбнувшись, спросила она и провела тёплыми пальчиками по моей щеке.

— Я представляю, Оль.

— Представляешь? Что?

Она склонила голову на бок, а я всё продолжал ею любоваться.

— Тебя представляю. Лет через десять… двадцать… тридцать… Рядом с собой представляю.

Её щёки порозовели. Она смущённо опустила глаза.

— И, знаешь…

Мне очень нравится то, что я себе представил.

Осторожно коснулся её подбородка, притянул к своим губам и поцеловал: нежно, чувственно, благодарно.

И сквозь этот поцелуй почувствовал, как она улыбнулась.

Андрей

Я попытался уговорить Ольгу поехать с нами к родне, но попытки оказались тщетны.

Она наотрез отказалась ехать. «Всему своё время», — таков был её ответ. Он меня огорчил и обнадёжил одновременно.

Сам факт, что есть женщина, которой я готов показать свою семью, живущую не в Московском пентхаусе, а в скромной квартирке в Твери, уже заставлял задуматься, насколько серьёзно я отношусь к Оле и к нашему с ней будущему. Да, это свершилось, я перестал жить сегодняшним днём, довольствуясь красоткой в моей постели. Я теперь много думаю о будущем. Даже слишком.

Торможу себя, вовремя напоминая, что всему своё время.

Не надо гнаться на всех парах, есть риск отпугнуть её и потерять. А этого я не мог допустить.

Мы с Леной уже прилично отъехали от Москвы, впереди было ещё два часа пути. Мы непринуждённо болтали, иногда смеялись, шутили.

— Ты всё время смотришь на телефон, — заметила Лена, хитро улыбаясь.

— Я смотрю на навигатор, — объяснил серьёзно.

— Ну-ну… — покачала она головой, а улыбка стала насмешливой. — Не сочиняй! Ты дорогу наизусть знаешь. Признавайся, ждёшь звонка? Сообщения?