Книга Любовь на кафедре, страница 116 – Дженнифер Смит

Показывая ей свою черно-белую кухню с островком, он не смог спокойно стоять с ней рядом, залез к ней в трусики и стал ласкать ее клитор, встав сзади и прижимаясь к ее ягодицам. Он довел ее до оргазма и на самом пике резко ущипнул за сосок.

Она, наверное, никогда так не возбуждалась и не ощущала себя настолько желанной.

Рис поводил большим пальцем по мягкой коже ее запястья, провел ладонями вверх по рукам, поцеловал ее за ухом.

— Можно заехать за тобой завтра и подвезти на работу? — спросил он.

Вечером они вернулись к ней домой, и она чуть не уснула в коконе из пледов, который Рис соорудил для нее на диване. Она не просила его остаться на ночь, а он не навязывался. Им стоило двигаться медленно, бережно и осторожно — она повторяла это про себя. Не спешить, не бросаться в омут с головой, потому что вдруг… вдруг… Ей и так уже казалось, что они падали слишком быстро, не успевая хвататься за ветки, — возможно потому, что накануне приема у Даллиморов они проводили вместе много времени.

— Это необязательно. — Она наклонилась и коротко поцеловала его в губы.

— Я знаю. Но если захочешь, знай, что я тоже этого хочу.

Рис, кажется, поставил себе цель спрашивать у нее разрешения по любому поводу, ничего не требовать и не предполагать заранее.

— Что ж, в таком случае, доктор Обри, вы можете заехать за мной утром. Но, — она заколебалась и лукаво усмехнулась, — что, если люди подумают, что мы провели вместе ночь?

Брови Риса поползли вверх.

— Мисс Картрайт, вы что, меня дразните? Ведь если так, — он шагнул к ней, прищурился, наклонился и зашептал ей на ухо, — мне придется вас наказать.

Опалив ее ухо горячим дыханием, он укусил ее за мочку.

Лиле не верилось, что Рис мог творить такие неприличные вещи, и всякий раз, когда он твердил, что у нее прелестная киска, а его член в предвкушении становился твердокаменным и готовым творить с ней всякие непристойности, ее будто пронизывало электрическим током. А Рис лишь коварно улыбался, прекрасно понимая, как действуют на нее его слова. Никогда прежде никому не удавалось возбудить ее одними словами, да так, чтобы мурашки побежали по спине, а между ног растеклась влага, и она внимала всему, что он говорил.

— Позволь уточнить, Лила, — он отошел назад и ухмыльнулся, заметив, как она покраснела, — я с радостью расскажу всем, что всю ночь занимался с тобой умопомрачительным сексом, но, кажется, ты этого не хочешь.

— Рис!

— К восьми будешь готова? К восьми пятнадцати?

— Постараюсь к восьми, — ответила она, зная, что в восемь он предпочитал уже быть на работе, и решив пойти на компромисс.

Рис подмигнул ей (Рис Обри действительно ей подмигнул) и уехал на своей шикарной машине. После его отъезда Лила плюхнулась на диван и укуталась пледом. Тот впитал чистый свежий запах его стирального порошка и древесный аромат его геля для душа. Лила с упоением вдохнула этот запах.

Телефон, брошенный на мягкую кушетку, обвиняюще мигнул.

ДЖАСМИТ

Ты умерла? За все выходные ни слова

ЛИЛА

Я жива. Прости, Джас. У тебя все в порядке?

Телефон в руке зазвонил.

— Лила, я просто не знаю, как завтра пойду на работу! Боюсь до чертиков. Сегодня написала завуч и сказала, что хочет встретиться со мной первым делом с утра, это же плохо, да? Иначе она бы не написала.