Книга Любовь на кафедре, страница 152 – Дженнифер Смит

— Ты как? — спросила Джасмит, наклонившись к ее уху.

— Это Рис, — пролепетала Лила, констатируя очевидный факт.

— Ну конечно, он пришел ради тебя. Он старается, Лила.

— Ты знала? — Ну разумеется, Джасмит знала. Небось сама все и устроила. — Ты знала!

Джасмит кивнула.

— Прошу, не злись. Я верю ему и не хочу, чтобы ты упустила такой прекрасный шанс из-за того, как Джейсон с тобой обошелся. — Джасмит смотрела на нее и озабоченно хмурилась. — Лила, он тебя любит. Правда.

Лила перевела взгляд на Риса. Тот распелся: на припеве голос его окончательно окреп и зазвучал еще более уверенно. Он фальшивил, не попадал в такт, но тем не менее пел уверенно. Ему удалось завоевать аудиторию: пьяные гуляки орали с ним хором и махали руками в такт.

Элин отдала телефон Джеймсу, велела снимать с зумом и наклонилась к Лиле через Джасмит.

— Рис рассказал, что наделал. Он полный идиот, — сказала она. Джасмит кивнула. — Я издалека вижу людей, которые всю жизнь пытаются всем угодить. А благодаря Рису поняла, что надо жить своей жизнью. Это единственное, чему я у него научилась. Только не говори ему, что я ему об этом сказала; я тебя никогда не прощу.

Лила не знала, что ответить.

— Я… я…

— Если решишь остаться с ним, сделай это, потому что сама хочешь. А не потому, что хочешь его порадовать. Сделай это для себя.

Элин откинулась на стуле, положила руку на плечо Джеймса и с улыбкой на лице стала наблюдать за братом.

Рис поднялся на сцену ради нее. Значит, все это был не блеф и не пустые слова. Ради нее он надел этот единорожий комбинезон, который был ему мал, и сделал то, что ему претило, потому что это нравилось ей.

Если ради нее он согласился спеть в караоке, значит, он сделает для нее что угодно.

Теперь она в этом не сомневалась.

Она неуверенно поднялась из-за стола и зашагала к сцене, лавируя между столиками. Рис оторвался от текста на экране, заметил ее и сбился со слов — в этой песне точно не было проникновенного шепота «Лила».

Она сложила руки рупором и выкрикнула поверх возгласов толпы: «Продолжай, Рис!» Он повернулся к экрану. Она взошла на сцену, взяла его за руку, наклонилась к микрофону и стала подпевать. Толпа взревела, а Джасмит в глубине зала присвистнула.

Рис повернулся к ней и перестал петь. Лила улыбнулась. Начался припев. Он коснулся ладонями ее щек и развернул к себе ее лицо. Лила встала на цыпочки и поцеловала его.

— Я люблю вас, мисс Картрайт! — выпалил Рис и еще раз ее поцеловал. Зал утонул в криках и свисте.

— Я тоже люблю вас, Рис Обри, — прошептала она.

— Правда? — спросил он с робкой улыбкой.

Сжав его плечи, она ответила на поцелуй, и ей было все равно, что весь мир на них смотрит. Для нее существовали лишь они двое: Рис и Лила, Лила и Рис.

— А ты сомневался? — сказала она.

Лила

— Нет, Лила. Убери это отсюда.

— Но, Рис, — взмолилась она, — мне так нравится, когда она тут висит. Самое лучшее воспоминание.

— А можешь повесить ее в комнату для рукоделия или еще куда-то?

— Нет, потому что хочу запомнить это на всю жизнь. Так что, если не хочешь, чтобы твоя девушка была несчастна в новом доме, смирись.

— Ладно. — Рис закатил глаза и выровнял рамку на стене.

Лила, разумеется, напечатала фото со знаменитого выступления Риса в караоке — кадр из видео, снятого Джеймсом. Она вставила его в рамочку и повесила над камином в гостиной. Разумеется, Рис недовольно выпятил губы, как только вошел, но ей было все равно.