Книга Любовь на кафедре, страница 90 – Дженнифер Смит

— Лила, — снова произнес он. Неужели так и не понял?

— Спокойной ночи, Рис, — твердо сказала она и, когда он наконец нехотя переступил порог, решительно захлопнула дверь.

Ее позор был так велик, что забыть о нем не помогли даже Кевин Костнер и Кристиан Слейтер (и, разумеется, святой Брайан Адамс) из «Робина Гуда, принца воров». После бессонной ночи, позавтракав двумя сэндвичами с беконом, Лила отправилась в большой супермаркет «Сэйнсберис» на еженедельную закупку.

Никто не знал, что вчера ее отверг мужчина, — откуда им было знать? Но ей казалось, будто у нее на лбу написано: «СО МНОЙ ОТКАЗАЛИСЬ ПЕРЕСПАТЬ, ПОТОМУ ЧТО Я НЕДОСТАТОЧНО ПРИВЛЕКАТЕЛЬНА». Ведь именно это произошло. Она оказалась недостаточно хороша для Риса; он на нее не запал, все это было не по-настоящему, просто он очень хорошо притворялся.

Чтобы никто не подумал, что мы провели ночь вместе. Он сказал это, еще когда ночевал у нее после больницы, а она, дурочка, решила, что все эти прикосновения, держания за ручки, поцелуй что-то значили. Но они ничего не значили. Ровным счетом ничего!

В отделе чистящих средств она не смогла найти «Фэйри» для чувствительной кожи, потому что чертовы работники супермаркета переставили все на непривычные места. Слезы обожгли глаза. Ну почему все стало так сложно?

В три часа дня она съела эквивалент собственного веса в куриных наггетсах и доедала полкило мороженого. Вязание валялось на полу: она все время пропускала петли. Вышивку она испортила, для алмазной мозаики не хватало терпения, и она точно не смогла бы сосредоточиться на новой книге Сьюзи Дент (хотя книга была замечательная).

Она металась и не знала, куда себя деть. Будь она зожницей, пошла бы на пробежку, или в зал, или… куда там ходят зожники.

Рис так и не написал, а первой она писать не собиралась. Он недвусмысленно выразил свою позицию и явно не хотел иметь с ней ничего общего. Вечеринка вскружила ей голову — все это держание за ручки, томные взгляды, поцелуй… Точнее, поцелуи. Во множественном числе.

Она в миллионный раз проверила телефон и вздохнула. Джасмит и Мэдди тоже не писали, а ведь они знали, что вчера у нее был ответственный вечер с Рисом. Могли бы хоть спросить, как все прошло. Лила никогда не забывала справиться, как у них дела, после ответственного вечера. Впрочем, вымещать злобу на подругах не стоило; просто обида оттого, что ее отвергли, была слишком сильна. Подруги ее любили, но у них была своя жизнь.

Ей следовало перенаправить свою нервозность и обиду в полезное русло и перестать тревожиться из-за того, что она будет делать, когда завтра увидит его на работе. Боже, работа! Она могла бы взять больничный, но тогда придется соврать Сью, а врать Лила совсем не умела. И Рис поймет, что она на самом деле не больна, а просто его избегает.

Короче, ей надо было придумать, как вести себя с Рисом Обри-Даллимором при завтрашней встрече. И не отступать от этого плана. Семинары в ее кабинете можно больше не проводить: если к утру среды он закончит последний модуль обучающего курса (а он его закончит), то сможет вернуться в свой кабинет. Необходимость общаться напрямую отпадет, и она, как обычно, будет вести себя профессионально и оказывать поддержку. Но по электронной почте. Не лицом к лицу. Безличное общение по переписке, лишенное всяких эмоций.