Книга 8 секунд, страница 15 – Ася Федотова

— Мы поссорились. Вчера. Как будто он тебе не рассказал.

Прямо выбесил меня этот Керимов.

Парень отложил телефон и уставился на меня с еще большим интересом.

— Слушай, Ник. Я вот не пойму, ты ему по мозгам ездишь или как?

Проницательный, хотя с виду легкомысленный раздолбай.

— Не твое дело.

Основное я выяснила, так что вступать в дальнейшую полемику с этим парнем не намеревалась.

На второй паре Руслан тоже не появился.

Следующей у его группы поставили физкультуру. Я подождала у стендов рядом с раздевалками. И снова зря.

Позвонила сама. Потому что пока была полна сил и решимости все оборвать, тянуть совсем не хотелось.

Но как же я оказалась наивна.

Стоило мне увидеть Руслана, как все самообладание рассыпалось прахом. Все слова растворились еще в зародыше, а накатившие эмоции захлестнули удушливой волной, отключая мозг и все его функции.

Он предстал передо мной в одних клетчатых штанах. Рассеянный, взъерошенный, щемяще прекрасный, как самый несбыточный на свете сон. Я не смогла удержаться и не пробежаться глазами по всему, что не скрывала одежда, сбивая дыхание, превращая его в хаотичный ритм.

Волнение пробежалось ледяным ознобом. Завертелось в районе живота в тугой комок.

И все стало ясно, как белый день. Я не смогу все закончить первой.

— Прости меня, — тихо попросила с порога, сжимая в руках сумку до побелевших костяшек.

О чем подумал Руслан, когда я произнесла данные слова, мне неведомо. Может, о нашей ссоре. Или о моем нежелании рассказать ему о себе.

Сама же просила прощения у него за боль, которую причинила, за свое вранье. За то, что не нашла сил рассказать всю правду сразу. За то, что не нашла сил отказать. За то, что втянула нас в историю, у которой не будет счастливого финала, изначально осознавая все последствия. За все в совокупности.

Я смотрела на него и испытывала невероятное чувство, будто знала его с самого детства. Всю жизнь. Сквозь взгляд этих небесно-голубых, невероятно красивых глаз я видела свою родную душу.

Руслан захлопнул за моей спиной дверь и сгреб в объятия. Я пискнула и оплела руками его крепкие плечи и шею.

Остальной мир замер. Он для меня исчез.

— Никогда так больше не уходи, — прошептал мне в губы, сминая их в бешеном порыве.

Это было не про нежность. Это про голод. Дикий. Выматывающий. Уничтожающий разум. Оставляющий лишь голые инстинкты: присвоить, подчинить, забрать себе, пометить.

Он кусал мои губы, спускаясь нетерпеливыми поцелуями по шее. Рывком отдернул в сторону ворот блузы, чтобы добраться до ключиц. А я задыхалась в ответ.

— Я люблю тебя, люблю, — его голос подавлял мою волю, его слова плавили, точно свечку.

Сильные руки выдернули из-под брюк кромку блузы и забрались под ткань, скользили по спине до лопаток и обратно, сбивая дыхание.

Пуговицы были сорваны.

Руслан подхватил меня под ягодицы и, не отрываясь от моих губ, потащил вглубь квартиры, интерьера которой я даже не успела оценить.

Ощутила холодную, шелковую поверхность белья, коснувшегося обнаженной спины. И его вес на мне.

— Хочу тебя, — шептал между поцелуями, порхающими по животу. — Как же я тебя хочу, девочка моя.

Его губы были везде, не давая мне и секунды, чтобы перевести дух и прийти в себя.

— Мамочки..., - я выгибалась навстречу, когда Руслан одним рывком стянул мои брюки вместе с трусиками. А потом отстранился и снял свои домашние штаны.