Книга Бывший одноклассник, страница 4 – Ася Федотова

На доли секунд становится мерзко от самой себя, но меня так и тянет подловить Тимура одного, чтобы рядом не было этих ребят и тем более Лили.

Поэтому я пробираюсь сквозь толпу к коридору, ведущему в уборные, а также упирающемуся в основание лестницы, что ведет на второй этаж, куда вот-вот пустится Тим.

Не знаю, заметил ли он, что я ушла с танцпола. Смотрел ли вообще на меня. А может, мне просто показалось, и Девлегаров сорвался к Лиле.

Наконец, выбираюсь в коридор и в ту же секунду почти налетаю на Тима. Точно подгадала. Прямо в яблочко.

Растерянно поднимаю на него глаза и отступаю на шаг. Смотрю и не понимаю, что со всем этим делать. Плана то у меня нет. Да, и чего хочу, сама не знаю. Просто порыв. Какая-то тяга остаться наедине.

Тим тоже пялится во все глаза и не двигается с места. Не ожидал.

Подмечаю, как раздувается его грудная клетка, как двигаются желваки. Тим напряжен. Да, он просто на пределе.

Стоим, как два истукана не в силах с места сдвинуться. Дорогу перегораживаем. У него глаза, как шоколад, и ресницы пушистые. Я раньше не замечала, какие у него глаза.

Ничего не замечала, точно слепая ходила. У меня в мыслях и в сердце был совсем другой мальчик. Никого к себе не подпускала. Как я его любила, это просто с ума сойти. Сколько глупостей из-за него натворила. Мы теперь живем на разных континентах, и вроде бы все утихло, улеглось и остыло, но внутри по-прежнему рана, кислотой разъеденная. Наверное, у меня поэтому теперь никак с парнями не клеится.

Кажется, последние пару бокалов были лишними.

Девлегаров оглядывается по сторонам и склоняется чуть ниже к моему уху.

— Ты бы поосторожнее вела себя с Соколовым.

— С кем? — переспрашиваю, а самой в голову лезут совсем не те мысли. Думаю о том, какой приятный у него парфюм, манкий аромат.

— Парня, который сейчас наглаживал твою задницу, зовут Никита Соколов. И я просто предупреждаю тебя, что Сокол с девчонками совсем не рыцарь.

Ух, меня заводит это его отношение. Типа, просто предупредил. Ага, а самому совсем все равно.

Отклоняюсь, чтобы видеть глаза.

— А ты?

— Что я? — сжимает челюсти и прячет руки в карманах джинсов, кидая взгляд поверх моей головы в сторону танцпола.

— Рыцарь или нет?

— Больше нет — стреляет в меня убийственным взглядом.

Театрально вздыхаю.

— Жаль, потому что Лиле нужен рыцарь.

Тим ухмыляется, дергая уголками губ, и опять склоняется к моему уху, почти задевая его губами.

Сейчас он совсем не боится преодолеть между нами дистанцию, а раньше, когда учились в одном классе, Тим даже смотреть в мою сторону не мог. Терялся. Избегал, точно прокаженную. Хотя с другими девчонками вел себя совсем по-другому. Там робостью и не пахло.

— Знаешь в чем дело, Осипова? Вам, девчонкам, вообще никому рыцари не нужны. Ни тебе, ни Лиле. Вам с рыцарями скучно, драйва нет, адреналин не вырабатывается. Вы течете совсем от другого отношения, далеко не рыцарского. Просто признавать не хотите, вот и придумали всякие сказки. Я хорошо это усвоил. На отлично. Учителя были хорошие.

И пока я прихожу в себя, пытаясь остановить взбесившийся сердечный ритм и подобрать челюсть, Тим обходит меня стороной и удаляется к танцполу.

Точно пощечину зарядил.

Блин, у нас что война?

Оглядываюсь.

Площадку неожиданно окутывает дымом, и сквозь разноцветную пелену я наблюдаю, как он подходит к Лиле и обнимает ее за талию, притягивая к себе вплотную. Его руки скользят по спине и спускаются к пояснице. У Лили такое выражение лица, когда она заглядывает на Девлегарова, будто прямо сейчас готова родить ему целую кучу детей и до конца жизни стирать его носки.