Книга Развод в 40. Жена с дефектом, страница 28 – Анна Нест

Но теперь мне мерзко.

Я морщусь. Хочется стереть это из памяти.

Снова стук в дверь. Еще сильнее. Барабанная дробь по моим нервам.

«Она что, с ума сошла?! Сейчас разнесет дверь. Соседи вызовут полицию. Или напишут в чат… Оно мне надо?»

Я жду. Пять секунд. Десять. Стук не прекращается.

И у меня срывает резьбу.

Я вскакиваю. Сердце бьется в горле. Иду к двери. Мне просто трясет от злости.

Щелчок замка. Рывок. Распахиваю дверь.

— Ты больше мне не нужна! — кричу, не глядя.

И только потом поднимаю глаза.

Передо мной стоит… сын.

С рюкзаком на плече. Лицо вытянутое, в глазах — шок. Тот самый взгляд, когда у ребенка впервые рушится представление о том, какой у него отец.

— Привет, — глухо говорит он. — Рад встрече.

Я отступаю на шаг, будто получил пощечину. Снова.

— Прости, я… думал, что это… — запинаюсь.

— Кто? — холодно спрашивает он. — Мама?

Смотрю мимо него. Теряюсь. Не знаю, что ответить.

— Я не знал, что ты приедешь, — говорю первое, что приходит в голову.

Сын молчит

Я хочу сказать что-то важное. Объяснить. Но в голове сейчас пустота.

— Заходи, — выдавливаю.

Он не двигается.

— Думаю, нет, — наконец-то реагирует. — Я просто хотел посмотреть тебе в глаза. Хотел проверить, остался ли ты тем, кого я знал.

Пауза

— Похоже, нет.

Мия

Я вылетаю из подъезда как пуля. Сердце колотится в груди, как бешеное. Я иду быстро, почти бегу, каблуки стучат по асфальту, а в голове одна мысль: что это только что было?

Понимаю, что в таком состоянии домой не дойду — вызываю такси, и, пока оно не приехало, кружу по двору, пытаясь отдышаться. Но какое там дыхание… Сейчас в моих жилах течет раскаленная лава, а в животе порхают бабочки. Нет, скорее целая стая ворон.

Я в шоке. От Виктора, от Оли… от себя.

Это был перелом. Как будто я в один момент расправила плечи, встала прямо и громко сказала: «Хватит!»

Боже… Что происходит со мной?.. Что происходит с Виктором?..

Он… он ведь реально не мог оторвать от меня глаз. Я видела, как у него перехватило дыхание, как взгляд скользил по моей груди, как пальцы дрогнули, когда он ко мне прикоснулся. Я помню, как он нес меня в спальню на руках… Такой Виктор был со мной, может быть, в медовый месяц. И то не до такой степени. Мне даже тогда не казалось, что я способна настолько вскружить ему голову. А теперь… теперь он не просто смотрел. Он обезумел.

А я?

Я не растаяла. Не расплакалась. Не сказала жалобно: «Пожалуйста, не надо…» Я сказала: «Не прикасайся!» Я вырвалась. Я плюнула ему в лицо. Да, это было дико, почти как в кино, но... Господи, как же я собой горжусь.

Улыбка сама собой появляется на лице. Победная. Я смотрю в окно такси и вижу в отражении женщину с блестящими глазами. Это я настоящая. Та, о которой я забыла.

Но я тут же стараюсь стереть эту улыбку. Это неправильно — радоваться после такого. Я чуть не сорвалась. Я чуть не позволила ему перешагнуть через меня снова. Это ведь почти случилось… Почти.

И все равно я торжествую. Потому что осознаю, насколько я сильная.

С Олей — все сложнее. Конечно, я не горжусь тем, что схватила ее за волосы и втянулась в драку, как какая-то безумная тетка. Но, черт возьми, я столько раз проигрывала ей без единого слова, столько раз в последнее время молча глотала — а тут ответила. Ответила так, что даже мне самой страшно.