Книга Без права на счастье, страница 22 – Катерина Крутова

— Не надо, — едва слышно слетает с губ.

— Я не расслышал, — Кравчук высовывает язык и облизывает текущую по девичьей щеке слезу. — Кто теперь Король?! — орет так, что у Верки закладывает уши.

— Ты… — она давиться коротким словом, вместе с комом соплей.

— Громче, сучка, или отдам браткам.

— Ты!!! Ты король! — орет девушка, срываясь на рыдания.

— Умница. — Кравчук с усмешкой целует в лоб, а после поправляет платье и делает знак ее отпустить. На недовольное бормотание левого мордоворота, Серый как бы между делом сует руку за пазуху кожанки, где во внутреннем кармане лежит ствол:

— Не попутал ничего, малец? Вздрочнул на порно и хватит с тебя. Будешь дальше на бабу пахана слюни пускать, без мудей останешься, понял?

Браток кивает, а довольный собой Шланг подмигивает Верке.

Обратно она едет на переднем сидение. Молча и совершенно безучастно к происходящему.

* * *

Разумеется, Серый везет ее не домой. Они вновь на хате, где в зеркале отражается огромный траходром, на котором, подмяв под себя хрупкую девушку, храпит Кравчук. Вера лежит без сна с открытыми глазами, но, судя по тому, что за окном давно рассвело, временами сознание все-таки выключается, сползая в беспамятство.

— Верунчик… — шепчет в ухо ненавистный голос, а об ягодицы трется утренний стояк. — Вспылил вчера, ты прости.

Она совершенно голая под легким синтепоном одеяла. Серегины руки, не встречая преграды, смыкаются на груди, мнут, накручивают соски, пока Кравчук пристраивается сзади, проталкивается внутрь, причиняя новую, но уже привычную боль. Вера закрывается глаза и не шевелится, лишь молится про себя, чтобы происходящее закончилось побыстрее. Но у Серого полно сил — наваливается всем весом и трахает неторопливо, размерено, продолжая пытать извинениями. Слышать, как ему жаль, и как это чмо хочет искупить вину за вчерашнюю грубость, Вере едва ли не тяжелее, чем выносить внутри ебучий шланг Кравчука.

— Тебе хорошо, да? Ну же, я хочу, чтобы моя сладкая девочка кончила, — издевательством звучит на ухо. Вероятно, сегодня мудиле действительно захотелось узнать ее мнение, да так, что секс грозит затянуться до бесконечности. Все тело болит, и стертая раздраженная промежность на фоне отбитой задницы и помятых боков уже не кажется проблемой. Вера подается навстречу, трется о мошонку и стонет. Фальшиво, как актриса в порно, но Серому хватает. Принимая ложь за чистую монету, он ускоряется и вскоре уже выплескивается в ее покорно раскрытый рот.

— Белок на завтрак полезен для фигуры, — ржет, уходя в душ.

Вера оглядывается — из ее вещей у двери валяются туфли и сумочка, ни платья, ни пиджака не видно. Откидывая одеяло, смотрит в зеркало — если не считать растекшейся туши и небольшой гематомы на виске — лицо в норме, а тело… На бедрах три ряда продольных чернильно-синих полос — синяков от решетки радиатора, куда ее вжимал Кравчук. На предплечьях и запястьях отметины пальцев державших ее амбалов, а ребра с обеих сторон фиолетово-синие. Вера делает глубокий вход и поднимает руки — больно, но терпимо и, кажется, ничего не сломано. Если не считать души и психики, но кого ебет такая мелочь?

— Выбери себе в шкафу что-нибудь, — слышится из ванной.

Ходить голой явно не вариант и Верка отодвигает зеркало.

— Что за херня?! — бесконтрольно слетает с губ. Среди плечиков с одеждой — штатив, на нем камера.