Книга Фиалковый роман, страница 19 – Манна Небесная

— Замёрзла? — заботливо спросил Сергей.

— Немного, — улыбнулась она. — Но здесь так красиво...

Они вошли в кафе. Внутри было тепло и тихо, играла ненавязчивая музыка, пахло кофе и свежей выпечкой. Сергей выбрал столик у окна, откуда открывался вид на пруд.

— Что будешь? — спросил он, протягивая ей меню.

— Ой, я готова положиться на твой вкус.

Сергей пробежал глазами меню и подозвал официанта.

— Два травяных чая, пожалуйста. И... — он вопросительно посмотрел на Алевтину, — может, что-то лёгкое и полезное? У нас сегодня был насыщенный день.

Официант понимающе кивнул:

— Могу предложить свежевыжатый морковно-яблочный сок — он очень полезен. А из еды у нас есть отличный тыквенный крем-суп, он лёгкий и богат витаминами. Ещё могу посоветовать салат с авокадо, киноа и креветками — там много белка и полезных жиров.

Алевтина оживилась: — Звучит замечательно! Давай всё это попробуем.

Сергей улыбнулся в ответ: — Отличный выбор.

Пока они ждали заказ, за окном совсем стемнело. Золотые огни фонарей теперь отражались в воде ещё ярче, создавая ощущение уюта и защищённости. Алевтина почувствовала, как напряжение дня постепенно отпускает её.

— Знаешь, — тихо сказала она, глядя на Сергея, — я рада, что мы здесь. Спасибо тебе.

Он накрыл её руку своей ладонью: — Это тебе спасибо. За то, что ты есть.

Официант принёс заказ: морковно-яблочный сок, тыквенный крем-суп, салат с авокадо и креветками, а также два дымящихся чайника с травяным и гречишным чаем. Алевтина с удовольствием вдохнула аромат свежести и тепла. Сергей разлил чай по чашкам и, немного помолчав, посмотрел в окно на огни Патриарших прудов.

— Знаешь, — начал он, — я часто привожу сюда тех, кому хочу показать настоящую Москву. Патриаршие — это не просто пруд, это сердце города, его душа. Здесь всё пропитано историей. Он сделал глоток чая и продолжил: — Вот эти дома вокруг — настоящая архитектурная летопись. Вон тот, с колоннами и лепниной, построен в начале XX века в стиле модерн. Видишь, как линии плавные, как будто перетекают друг в друга? Тогда архитекторы стремились к гармонии с природой, к свободе форм. Сергей кивнул в сторону старинного особняка: — А вот этот дом — строгий, с симметрией и портиком — уже классицизм. Здесь жили писатели, художники, интеллигенция. Каждый камень помнит их шаги. Он улыбнулся Алевтине: — Для меня Патриаршие — это место силы. Здесь архитектура не подавляет, а вдохновляет. Каждый фасад, каждый балкон рассказывает свою историю. И когда я проектирую дома, всегда вспоминаю эти линии, эту гармонию.

Алевтина слушала его с интересом, чувствуя, как его увлечённость передаётся и ей.

— Теперь я буду смотреть на эти дома совсем другими глазами, — сказала она. — Спасибо тебе. Сергей улыбнулся и снова поднял чашку: — За новые открытия и за то, чтобы у нас всегда было место, куда хочется вернуться.

Они чокнулись чашками, и Алевтина поймала себя на мысли, что этот вечер стал для неё по-настоящему особенным.

В этот момент дверь кафе распахнулась, впуская порыв прохладного воздуха и шум улицы. На пороге появилась элегантная пара: высокий, подтянутый мужчина в стильном пальто и хрупкая блондинка с модной стрижкой. Этот мужчина, как две капли похожий на Сергея, что-то тихо говорил девушке, помогая ей снять пальто. Та смеялась, запрокидывая голову.